Ведьмы. Ру 3 - Екатерина Насута Страница 109

А ведь умирающего изображал.

Сердце у него ноет.

В боку тянет.

Ноги не ходят. Руки не носят. И вообще здоровья не осталось родине служить. Мол, на пенсию заслуженную отпустите, помереть спокойно, на свежем воздухе средь огурцов и укропа. Только ныне вид у Связиста был весьма от умирающего далёк. Напротив, загорел.

Постройнел.

Воздух целебный? Или укроп к нужным местам прикладывал?

Главное, в камеру смотрел строго и спокойно:

— Беззаконие! Что тут ещё думать! Явились. Решили, что раз тут два пенсионера и девчонка, то всё им можно⁈

И кулаком потряс.

А старушка закивала и, вытирая глаза платочком, заявила:

— А между прочим, мы никаких предписаний о выселении не получали.

— Нам сказали, что земля эта продана, — перебил её Связист. — Но как её можно продать, когда владельцы против⁈ Нет. Нас собираются выкинуть из домов, разрушить их и потом уже сунуть в зубы типа компенсацию!

— Согласен, что мы имеем дело с прямым рейдерским захватом…

— Только шиш им! — Связист сунул в камеру кукиш. — С маслом!

— Деревенским, — поддакнула старушка, как-то хитро блеснув глазом.

— Потому как сказано, что кто к нам с мечом придёт, тому и гаубицей в зубы незазорно…

— Это образно говоря! — поспешил поправить парень. — Пётр Савельевич, мы же договаривались…

— Хрена с два, образно. В лесу стоит, или думаешь, я вышку для твоих интернетов ставил? Нет, мне на спутник наводочка нужна. А там, по спутнику, если с умом подойти, то спозиционироваться, как два пальца…

Фёдор Фёдорович сделал вдох, пытаясь сдержать рвущийся наружу крик, когда в окошко постучали.

Вежливо так.

— Да? — Фёдор Фёдорович дверь открыл. — Доброго дня… Антонина…

— Можно без отчества, — отмахнулась женщина. — А за тобой и не угнаться. Я-то туда, а мне говорят, что нет тебя, поехал на встречу. Аты вот, тут… тоже забавляешься?

— Да какие забавы, — Фёдор Фёдорович захлопнул артефактный ноут. — Тут у них вон забавы, а мне разгребай. Устал, сил нет. Вот была же чёткая договорённость. И мы не против вашего присутствия, напротив, всегда рады сотрудничеству. И понимаем, что к вам не применимы ни правила, ни обычные наши рамки, но вот местами… понимаете, всё-таки даже с необычными перебарщиваете.

— Так, не специально получилось, — женщина передвинула на живот полотняную торбу, расшитую цветочками, и достала из неё склянку. — Нате вот. Выпейте. Поможет. Вам бы, к слову, поспать денек-другой.

— Посплю. Потом…

— На том свете?

— Надеюсь, что на нынешнем.

Зелье чуть горчило. Но головная боль ушла сразу, да и по телу прокатилась волна бодрости, заставив затрясти головой.

— И закуси, — из той же сумки Антонина вытащила пакет с пирожками. — Ешь, ешь, а то вон, голова одна и осталась. А мозгам оно тоже не помешает…

— Спасибо.

Вокруг было странно пусто. И в целом ощущение такое… неправильности. Вот дорога, да только словно размытая, и чем дальше вглядываешься, тем более она размыта.

Машина его. Вроде два шага отступил, а она почти и исчезла.

— Назад хоть вернёте? — поинтересовался Фёдор Фёдорович.

— А то. Кто ж в здравом уме тронет государева человека? Но я скорее о другом… место это вскоре переменится. И сильно. А потому надо бы как-то огородить. Хоть ленточку повесить какую.

— От стройки? Это проблему решим.

— Нет… в целом так… на время… скажем, санитарную зону выделить. Для начала.