Сердце и порох - Э. Б. Голден Страница 116

— Сидд по большей части ничего мне не говорил. Поклялся в секретности или вроде того.

— Когда будет следующее собрание?

— Не знаю.

— А о том, что Дрейфи работает с нодтактами?

Ее глаза полезли на лоб.

— Что?

Раздался резкий стук в дверь.

— Сэр? Президент требует срочной встречи.

Бреган повернулся в сторону голоса.

— Я все еще под арестом? – спросила Шури, поджав губы, будто изо всех сил стараясь не заплакать.

Бреган замешкался. Казалось, она говорила правду. Холодок незнания неприятно щекотал шею, но доказательств у него не было, а заставлять президента ждать было нельзя.

— Можешь идти. – Едва удержался, чтобы не извиниться. Он выполнял свою работу. Вот и все.

Пару минут спустя комиссар торопливо пригласил Брегана в свой просторный кабинет, где временный президент метался взад и вперед возле большого отполированного стола. Обычно приглаженные волосы стояли дыбом, галстук сбился в сторону. Он выглядел еще более встревоженным, чем несколько часов назад в порту, когда Бреган рассказал ему о связи Дрейфи с нодтактами и своих подозрениях насчет Шури.

Услышав скрип двери, президент остановился:

— Что узнали?

— Доказательств вины нет, – сказал Бреган, – но ее показания подтверждают, что Дрейфи что-то замышляет и что Аддим Таидд в этом замешан. Работают ли они со ставами, она не знает. Нужно как можно быстрее допросить Аддима…

Двое мужчин переглянулись.

— Что такое?

Комиссар поправил ремень с кобурой:

— Таидд несколько часов назад сдал жетон, еще когда мы все были в храме. Его нет. Никто не знает, куда он скрылся.

— Что? – вырвалось у Брегана.

Аддим наверняка услышал, что они арестовывают Шури. Знал, что она сдаст его, вот и кинулся в бега.

Хулей оперся руками на край стола и опустил голову. В комнате сгустилась неприятная тишина. Спустя целую вечность он выпрямился снова. В его глазах бушевал целый шторм.

— Должен извиниться, Бреган. Мне стоило серьезнее отнестись к вашим подозрениям насчет Дрейфи.

— Это не ваша вина, сэр.

— Неважно, чья это вина. Суть в том, что мой соперник работает с нодтактами и половина проклятого города на его стороне.

Бреган выпрямился:

— Он выдвигается? – Он и не знал, что о кампании Дрейфи уже знали все.

Барон подтолкнул к нему лежащую на столешнице грязную листовку.

«Рабочий Луисонн», – гласила она. Ниже были нарисованы Дрейфи и целая толпа заводских рабочих в фартуках, раскрашенные в те же оттенки красного и черного, которыми пользовалась пропаганда ставского режима.

Бреган уставился на дату и время.

— Он проводит предвыборный митинг? Сегодня?

— И весь проклятый рабочий район уже там, – крякнул комиссар. – Жрет обещания тирана в обертке из классовой ненависти.

— Надо его арестовать, – заявил Хулей.

— Но мы ничего не знаем наверняка, – возразил Бреган.

— Я думал, вы знаете, что он работает с нодтактами?

Бреган перенес вес на другую ногу:

— На основании показаний одного человека.

— Но этого достаточно, чтобы допросить его, разве нет?

— Тогда у его людей будет время спрятать все доказательства и нам нечем будет крыть. Нодтакты профессионально умеют испаряться.

Хулей выкинул руки перед собой:

— Тогда обратимся в газеты. Та, новая, «Вестник Луисонна», точно напечатает.

— Но у нас нет доказательств, сэр.

Хулей ударил кулаком по столу и ткнул пальцем в направлении юга.