Сто жизней Сузуки Хаято 1 - Мария Дубинина,Сора Наумова Страница 123

Но почему тогда именно в эту ночь так хотелось совсем в другое место? Почему долгожданный покой не приходит даже среди знакомых, пусть и жутких вещей? Ишинори бездумно переставил местами несколько сосудов, проверил, работают ли еще талисманы холода. Остановился и вздохнул.

Он знал, где хотел находиться, но боялся вернуться.

– Ты чувствуешь нашу связь? Ту, что мы с тобой тогда создали?

– Нет. И это даже к лучшему.

Это к лучшему. Ишинори не мог заглушить голос Хаято в ушах, будто это был не просто ответ, а смертельное проклятие.

— Ну и что, – произнес он вслух, и слова прозвучали непривычно глухо, хотя в тесноте подземного помещения всегда было так. – Я ему все еще нужен. Да, я ему нужен. Может, даже больше, чем раньше.

Когда Ишинори вошел в их домик, Хаято уже, конечно, спал. Лежал на боку, вытянув руку, и пальцы вздрагивали, будто ему снился беспокойный сон. Зачем он постриг волосы, Ишинори так и не понял, хотя на удивление быстро привык к этому новому его облику. Они оба всегда были непохожи на других, хотелось верить, что их свела судьба. Ишинори опустился рядом на колени и коснулся пальцами чужого запястья.

Пульс частый. Хаято что-то тревожит: страх ли, боль, – Ишинори было все равно. С помощью своей ки он постарался успокоить друга, а после заметил торчащие из-под матраса листы бумаги. И снова обуяло любопытство. Что он старательно пишет каждый день? Вот бы взглянуть хоть одним глазком…

Но Хаято принялся ворочаться, и пришлось отступить. Ишинори осторожно лег на свой матрас и опустил ресницы, прислушиваясь к дыханию рядом. Этот день был слишком длинным и даже сейчас не желал отпускать Ишинори. События и разговоры проносились в голове, пока не превратились в черный водоворот, который затянул его на дно.

«Я испугался, что ты потеряешься», – всплыло вдруг в памяти голосом Хаято, еще детским, звонким. Ишинори тогда подшутил над ним, но, засыпая тяжелым сном, хотел бы крикнуть в ответ правду, которую чувствовал в себе уже давно: «Я потерялся! Найди меня, пожалуйста!»

А наутро от этих дум осталось только горьковатое послевкусие…

Ишинори проснулся на удивление позже Хаято и обнаружил того выполняющим какие-то странные телодвижения снаружи: он махал руками, приседал и наклонялся. Ишинори остановился понаблюдать, но был скоро замечен. Хаято повернулся к нему и провел рукой по лицу, убирая растрепанные пряди. За лето они отросли, лезли в глаза, и он постоянно отвлекался на них.

— Ты заспался, – ехидно произнес Хаято. – Рюичи вместе с учителем общаются с посетителями.

— Посетителями? – не понял Ишинори. – Какими посетителями?

— Вроде торговцы, их там трое.

— Чего они хотят?

— Меня на разговор не звали. Если интересно, сходи и послушай.

Он досадливо поморщился, и Ишинори решил, что ему на самом деле тоже любопытно.

— А Киёхико? – спросил напоследок, прежде чем привести себя в порядок и присоединиться к учителю.

— Ему нездоровится. Наверное, чем-то отравился.

— Вот как, – кивнул Ишинори удовлетворенно и скрылся в доме. А чуть позже, проходя мимо Хаято, услышал его подозрительный голос.

— Ты же никак не связан с его недомоганием?

Ишинори ни взглядом, ни жестом не выдал себя.

— С чего бы?

Хаято долго и пристально смотрел ему в глаза, а Ишинори беззаботно улыбался самыми уголками губ.