Дитя титанов - Джен Уильямс Страница 151

— Что ты делаешь?

— Ищу способ излечения, – сказал он. – Ты ведь не против?

* * *

Позже, когда они лежали вместе на маленькой кровати, приятно сплетясь руками и ногами, Левен впервые за несколько месяцев испытала что-то вроде умиротворения. Боль не ушла совсем, но стихла, будто на время уступив место чему-то новому, – там, где Киллиан проводил губами, пальцами и языком по узорам на ее коже, вместо боли расцветало удовольствие, как будто титановая руда начинала петь иную песню. Стояла глухая ночь, снаружи кричала сова.

— Сегодня полнолуние, – сказал Киллиан и провел пальцами по ее животу, уже не по линиям, а просто по его мягким изгибам. – Хорошее время для этого дела.

— Что? – Ей хотелось спать. – Какого дела?

— Неважно. Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, – ответила она, но, едва произнеся это слово, почувствовала, что боль лишь отступила и, словно какой-то ужасный прилив, готова взять новый разбег. Левен очень хотелось солгать мужу, сказать, что он вылечил ее, но она не стала. – Пока лучше. Значит, Зеленый человек – часть тебя. Я ожидала чего-то пострашнее плюща в волосах, особенно после того, что сказал тогда старый медведь. Может, он просто хотел напугать нас? Что-то я не вижу на тебе ни копыт, ни шерсти.

— Сам не знаю, – усмехнулся Киллиан. – Со мной это в первый раз, Левен. Во мне кроется огромная сила… – Он помолчал и продолжил: – Когда я дотронулся до деревянной столешницы сегодня в баре, то увидел всю ее жизнь, сначала от желудя до древесного ствола, потом от ствола до бруса, а еще, прикоснувшись к нему, я почувствовал все, с чем он связан, – все, что его окружает: доски пола, твердую землю и камень под ними, и вообще все, что вокруг. Через них я узнал о корнях тех деревьев, которые растут за таверной, услышал их голоса. Я друин, только больше, чем друин. Я траун, только больше, чем траун. Разница между мной и ними – это как разница между ямой, которую кто-то вырыл в земле, и трещиной, возникшей от движения самой Эноны.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Не знаю, Левен, – вздохнул он.

— Что ты будешь делать с этой новой силой? – Она приподнялась, чтобы лучше видеть его лицо. Яркая луна светила в окно, окрашивая все вокруг в черненое серебро. – Зеленый человек знает? Он говорит с тобой?

Для Левен было странно думать о том, что Зеленый человек находился с ними, слушал их разговор, пока пот высыхал на их телах.

— Нам нужно идти на юг, – сказал Киллиан. – Это… Это то, что я чувствую.

Левен заметила, что он не ответил на ее вопрос, но желание узнать правду уступило желанию спать. И вдруг она увидела лицо королевы Маб. Губы той задвигались, и с них сорвалось предостережение: «Он поглотил моего мужа».

— Эпона на юге. Так сказал хозяин таверны. Она сражается с отанимами в Лондусе.

— Да, отанимы – враги. – Он откинул волосы с глаз. – Они уничтожают Дикий лес. Я чувствую, когда они прорубают себе путь на север. Лес страдает. И для меня это почти как рана, – он коснулся пальцем своей груди и провел им до самого пупка, – в моем теле.

— Тебе больно?

— Да, очень. – Его голос прозвучал как-то издалека, точно он уплывал от нее на корабле, а она стояла на причале и глядела ему вслед. – Очень больно, Левен.

— Значит, мы должны это прекратить, – сказала она, не открывая глаз. Она никому не позволит причинять ему боль. Она взденет их на свой рог. Порвет клыками. Она выйдет из моря и зубами перемелет их кости. – Мы прогоним их из Дикого леса, Киллиан.