Сердце и порох - Э. Б. Голден Страница 184

Ему хотелось возразить, но он сам был виноват в таком недоверии.

— Ладно, я понял. Но мы на сцену выйдем все равно. Может, Дрейфи хоть что-нибудь подготовить? Заявление «Вестнику» со своей точкой зрения? Опубликуете, когда все утихнет. – Когда правда точно восторжествует.

— Ладно. – Аддим развернулся.

— И еще кое-что, – добавил Бреган.

Аддим остановился.

— Можете послать кого-нибудь убедиться, что этот козел завтра дойдет до театра? – Бреган показал подбородком на домик принимающего офицера.

— С удовольствием, – сказал Аддим.

На секунду годы качнулись между ними, словно встревоженные морским ветром, обнажая доверие и несогласие, которые они унаследовали от отцов и дедов. Сомнительные союзники в бесконечной, изнуряющей битве. Бреган внезапно пожалел, что они не осознали куда раньше, что не были своими отцами. По крайней мере, в самом конце они все же оказались на одной стороне.

Несколько часов спустя, когда Бреган притащился обратно в спящий храм, его койка была пустой. На подушке лежала записка.

«Разбираюсь со своим контактом».

Кого же искала Фирин?

Сцена шестидесятая

Фирин

Сейчас

В костюмерной кипела жизнь. Вешалки растолкали по сторонам, чтобы освободить место для длинного стола с зеркалами и скамей вдоль него. Полуголые члены труппы ютились на скамьях, словно птицы на сушильных веревках, прихорашиваясь и готовясь к выходу. Облака пудры и духов щекотали нос.

Найф покрутила меня, стоя с краю комнаты.

— Повезло тебе, что я смогла его отгладить, – шутливо заметила она, рассматривая юбки красно-белого полосатого платья Инсеи, которое та надевала, тайком сбегая за стены дворца в образе служанки.

Я покраснела.

— Свитер не великоват? – Потертый свитер, который я изначально собиралась надеть на платье, Финнин с утра залила краской, так что Найф выдала мне новый из своего сундука.

— Нет, идеально сидит. – Лизнув палец, она утерла что-то с моей щеки.

Я постаралась не ерзать. Перед началом нужно было лишний раз убедиться, что костюм комиссара, который я спрятала за кулисами, все еще там.

— Мне надо реквизит проверить, – напомнила я.

— Да, конечно, – сказала она, но, когда я развернулась уходить, она не отпустила мою руку. Ее глаза чуть заволокло пеленой. – Спасибо тебе, Вота.

У меня внутри все вздрогнуло.

— Да я же ничего не сделала.

— Ты сделала все. Мы здесь из-за тебя. Просто хотела сказать, что тебе ничего не нужно нам доказывать. Никогда не нужно было.

Чтобы скрыть фальшивую ответную улыбку, я поцеловала ее в щеку.

— Костюмы должны быть уже готовы! – крикнула Мезуя.

— Иди. – Найф подмигнула мне.

Пока я виляла между вешалками, скамейками и людьми, ребра грозили треснуть под весом моих секретов. Потерев ладонью грудь, я вышла в коридор.

И врезалась прямиком в Брегана. Он был одет в полный старинный иакунский костюм: желтая рубаха с распущенными у горла шнурками, короткие рукава обнажают бицепсы, темные штаны облегают изгибы ног. Глаза подведены углем для большей выразительности.

— Как раз тебя ищу, – соврала я.

— Принимающий офицер…

— Не здесь. – Я завела его за кулисы через занавешенную дверь.

— Принимающий офицер согласился дать показания после выступления, – торопливо отчитался он. – Ты где была ночью?

— Надо было кое-что проверить. – Я проследила за комиссаром от театра до полицейского участка, чтобы запомнить его голос и манеры. Найдя и спрятав подходящий костюм, я легла спать на скамье в главном зале. Если бы пошла в подвал, Бреган бы завалил меня вопросами. По крайней мере теперь, за два часа до премьеры, он уже ничего не мог поделать с правдой. – Комиссар даст показания против Хулея, – сказала я.