Блюз серых лисиц - Елена Владимировна Добрынина Страница 189

Раньше мне казалось, что стоит только узнать имя убийцы, и все прояснится само собой. Я то и дело вызывал из памяти лицо Кулина, но это ничегошеньки не дало. Все улики однозначно указывали на него, но я не понимал, каким боком вообще могу быть связан с этим фейри. Я знал о нем слишком мало и не представлял, как могу это исправить. Логические цепочки, которые я пытался выстраивать, рассыпались нотами, лишенными нотного стана, порождая лишь дребезг – отдельные бессмысленные звуки и аккорды.

В попытках обрести хоть какую-то опору под ногами я начал молиться так, как умел. Ни на что не надеясь, толком и не понимая, о чем прошу. Иногда я впадал в странное забытье – и тогда видел перед собой глаза, отливающие лунным серебром. Это серебро причиняло боль, жгло дотла, проливалось дождем, текло по моим рукам, застывая в ладонях тридцатью блестящими монетами, тяжелей которых не было ничего.

Путь Иуды давался мне нелегко. Я спал по три часа в сутки, написал целую стопку писем, искренне надеясь, что те, кому они предназначены, никогда не прочтут их – и не особенно веря в это, помогал Мейси встречать гостей в зале, извел почти все яблоки на разные варианты коктейлей для Донни... В общем, каждое мгновение был чем-то занят. Но на самом деле, все что я делал в те дни – презирал себя и ждал, ждал, ждал...

Все случилось до ужаса буднично. В день похорон Берди.

Мы вернулись с кладбища Оук Вудс и готовились к поминальной трапезе. Почему-то запомнилось, что обсуждали мы будущий памятник и то, что весной обязательно нужно посадить у могилы белые и алые розы – Берди так и не определилась, какие ей нравятся больше.

— Письмо для мистера Арчи Грейстона, – раздалось вдруг с порога.

Курьер – невзрачный полноватый мужчина средних лет – держал в руках конверт из плотной бумаги, поверх которого был приклеен рекламный слоган, аккуратно вырезанный из журнала: «Настало время перемен».

— А от кого письмо? – как можно безразличней спросил я, расписываясь в бланке.

Я уже знал, что это не так.

— Это от дядюшки, – пояснил я оказавшемуся рядом Райану. – Я скоро. Только узнаю, что понадобилось старому хрычу.

Я поднялся к себе и вскрыл письмо. В конверте обнаружилась предельно короткая записка и карта Чикаго с ярко-красной отметкой.

«Дорогой Арчи. Ты кое-что пообещал мне. Пришла пора исполнить клятву. Жду тебя ночью с недостающей деталью моей волшебной флейты. И весь мир падет к нашим ногам...

Р.S. Ты ведь не настолько глуп, чтобы подвести меня, правда?»

Он мог не волноваться. Я собирался быть до противного послушным и выполнить то, что от меня ожидалось, по крайней мере попытаться. Хотя внутри все переворачивалось, стоило подумать, что именно мне предстоит сделать.

Я позволил себе немного попялиться в пустоту, потом придал лицу устало-дружелюбное выражение и спустился в зал.

И сразу наткнулся на Донни.

— Все в порядке, золотце? – осведомился он, дефилируя от стойки с двумя тяжеленными подносами, гружеными всякой снедью.

— А? Да, нужно подписать кое-какие бумаги, но это ждет.

— Тогда прихвати-ка вон то блюдо. Крошка Бри cгоря наготовила столько, что нам и за неделю не съесть.

Я прихватил. И пережил этот обед, плавно перешедший в ужин. И следил за разговорами, и утешал Мейси с Бри, и хлопал по плечам Магнуса и Пинки, и вообще казался отличным малым Арчи, а не тем, кем был на самом деле.