Лесная обитель - Мэрион Зиммер Брэдли Страница 238

Позвали Сенару, и девушка отвела детей в их новое жилье, а Эйлан вернулась к своим повседневным заботам, оставив Диэду с Кинриком попрощаться наедине. Ближе к вечеру, проходя мимо сарая, где сушились целебные травы, Эйлан услышала рыдания. Это была Диэда.

Едва приоткрылась дверь, молодая женщина вскочила, глаза ее полыхнули огнем – но, разглядев вошедшую, Диэда уронила руки и словно поникла. Эти две женщины давно уже не были близкими подругами, но Диэде, по крайней мере, не было нужды притворяться. Эйлан знала, с кем имеет дело: она не обняла Диэду и не стала пытаться ее утешить.

— Ну, что такое? – спросила она.

Диэда отерла глаза краем покрывала, отчего они покраснели еще больше.

— Он звал меня уехать с ним…

— А ты отказалась, – нарочито ровным голосом проговорила Эйлан.

— Жить изгоями, хорониться в лесах, шарахаться от каждого звука, в страхе ждать, что завтра его того гляди уведут в цепях или зарубят мечами? Эйлан, я такого не выдержу! Здесь у меня по крайней мере есть моя музыка и труды, в которые я верю! Как я могла уехать?

— Ты ему это объяснила?

Диэда кивнула.

— А он сказал, что я, значит, не люблю его по-настоящему, что я предаю наше общее дело… Он сказал, что я нужна ему…

«Конечно, этот идиот именно так и сказал, – подумала про себя Эйлан, – и ни на миг не задумался, а нужен ли он ей!»

— Это все ты виновата! – воскликнула Диэда. – Если бы не ты, я бы давным-давно вышла за него замуж. И тогда, может статься, он не оказался бы вне закона…

Эйлан с трудом удержалась от того, чтобы напомнить Диэде: та по доброй воле дала обеты жрицы – ее ведь никто не принуждал! А потом, когда Эйлан, родив Гавена, вернулась в Лесную обитель, Диэда могла бы уехать не на Эриу, а к Кинрику. Но бедняжке ни к чему разумные доводы, ей просто нужно обвинить кого-то во всех своих несчастьях.

— А теперь я в силах думать только о том, как он на меня смотрел! Пройдут месяцы или даже годы, прежде чем получу от него весточку! А если бы я уехала с ним, я хотя бы знала, жив ли он! – сокрушалась Диэда.

— Не думаю, что ты нуждаешься в моем одобрении – в любом случае, – тихо проговорила Эйлан. – И мне тоже приходилось делать выбор, и не раз – и как бы ты к моим решениям ни относилась, ты видишь, что я научилась принимать последствия и жить дальше. И я тоже рыдала ночами, гадая, верно ли поступила. Диэда, ты, возможно, так никогда и не узнаешь наверняка, права ты была или нет, – все, что ты можешь сделать, это выполнять назначенную тебе работу и надеяться, что однажды Богиня объяснит ее смысл.

Диэда стояла, отвернувшись, но Эйлан показалось, что рыдания ее постепенно стихают.

— Я скажу девушкам, что тебе нездоровится и сегодня вечером ты не сможешь с ними позаниматься, – промолвила Верховная жрица. – Они наверняка будут только рады немного отдохнуть от пения.

Эйлан уже решила было, что с детьми Бригитты все благополучно уладилось, но спустя несколько дней перед вечерней трапезой прислужница сообщила Верховной жрице, что с ней хотел бы увидеться какой-то римлянин.

«Гай!» – сразу подумала Эйлан. Но по здравом размышлении поняла, что Гай никогда не посмел бы явиться в Вернеметон.

— Узнай, кто он такой и что у него за дело, – невозмутимо проговорила она.

Не прошло и минуты, как девушка уже возвратилась.