Клятвы и руины - Хелен Шойерер Страница 26

Уайлдера будто окатили ледяной водой, а в груди его, словно гадюка в гнезде, расползалось липкое, неприятное чувство. Он представил, как этот придурок, кем бы он ни был, касается ее, целует…

Вдруг Уайлдер оказался у двери в конюшню. Взглянув на парня, он узнал в нем Эвандера, ученика Мастера Конюшни, который тянулся к Тее.

Она легко высвободилась из его хватки и встретилась взглядом с Уайлдером. Казалось, она нисколько не удивилась, увидев его здесь.

Эвандер же резко обернулся и, осознав, кто стоит в тени дверного проема, побледнел.

— Боевой Меч Хоторн, – заикаясь, поприветствовал он и отошел от Теи, дрожащими руками хватая с рабочего стола запасную уздечку.

Уайлдер не удостоил тупицу и взглядом.

— Убирайся.

Эвандеру не нужно было повторять дважды. Он быстро протиснулся мимо Боевого Меча и выбежал из конюшни.

Испепеляющий взгляд, что Тея метнула в Уайлдера, мог повалить самых сильных воинов.

— Потешил свое эго?

— Для этого мне не нужен глупый мальчишка-конюх.

Тея фыркнула. По-настоящему фыркнула.

— Так я тебе и поверила.

Уайлдер и бровью не повел. «Хорошо. Пусть лучше ненавидит меня. От этого всем будет проще…»

Знакомый обжигающий взгляд пронзал насквозь, и он почувствовал, как гнев Теи переплетается с магией, подпитывает ее. Как и любой Боевой Меч, Уайлдер чувствовал любую магию, однако сейчас он не мог понять, были то дарованные Фуриями способности, что позволяли чувствовать ее силу так отчетливо, либо же… дело в том, что между ними произошло.

Каким бы ни был ответ, уверенно встретив ее взгляд, он почувствовал, как в ней бушует неукротимая буря.

Ему стало не по себе.

Нацепив маску безразличия, он прислонился к дверному косяку.

— Поговорим об этом?

— О чем?

— О твоей магии, принцесса.

Он взглянул на ее шею, отмечая, что пульс забился сильнее. Тея скрестила руки на груди и усмехнулась.

— Ты мне не друг. Ты мне не… ты только мой наставник, не более того. Хотя даже с этим можно поспорить. Обсуждать это с тобой я не обязана. От тебя мне нужны лишь знания и тренировки, на этом все.

Уайлдер мысленно порадовался, что за спиной его оказалась опора, потому что слова Теи едва не сбили его с ног. «Пожалуй, я это заслужил», – подумал он. Скрыв свои чувства, он выпрямился.

— Ты закончила болтаться здесь без дела?

— Если ты закончил мериться своим членом.

Он на мгновение опешил от грязных слов, слетевших с дерзких губ, но наконец взял себя в руки.

— Пойдем.

Стиснув зубы, он повел ее к нужному стойлу.

— Это жеребец Кровопускателя, – произнесла Тея, хмуро глядя на огромного коня.

— И?

— Я думала, он уехал куда-то… Вчера вечером.

Уайлдер пожал плечами:

— Значит, он поехал на другой лошади. Вчера я договорился с ним о том, чтобы одолжить Брутуса этим утром.

— Брутуса?

Уайлдер не удержался и закатил глаза.

— Именно это имя пришло Верничу в голову, и что?

— Как зовут твоего?

Он ни за что не расскажет ей эту историю. Уайлдер не стал отвечать на вопрос.

— Веди Брутуса в загон. Ему нужно разогреться перед поездкой.

— И все? – нахмурившись, спросила она.

— И все, – Уайлдер указал на стойло, призывая приступить. – Осторожнее с ребрами.

О чем он не стал упоминать, так это о том, что жеребец Вернича невозможно упрям и агрессивен. Даже спустя столько лет едва ли его можно было укротить. Однако, если Тея хотела стать Боевым Мечом, она должна научиться приручать тверрского жеребца.