Тень среди лета. Предательство среди зимы - Дэниел Абрахам Страница 287

Он лгал. Как и она лгала, когда говорила, что отец с радостью примет уготованную ему смерть. Адра хотел верить в то, что говорит, точно так же, как ей хотелось верить в то, что она говорит правду.

Идаан отступила в сторону и приняла позу благодарности. Адра прошагал к двери, повернулся к Идаан, кивнул и вышел.

Она осталась одна в погруженной в полумрак комнате. Сидела, обхватив себя руками за плечи, и смотрела в пустоту перед собой.

Окружавшая Идаан ночь была реальностью и кошмаром одновременно. Это был жуткий сон, очнувшись от которого она могла снова почувствовать себя прежней – цельной, настоящей. Эта ночь давила, пригибала ее голову, как сильная, тяжелая рука.

Время еще есть. Можно кликнуть стражу. Можно призвать на помощь Даната. Можно выйти из этой комнаты и принять удар на себя, закрыть собой отца.

Идаан вспомнила церемонию празднования своего десятого лета.

Это было на следующий год после смерти ее матери. Тогда отец усадил ее рядом с собой, и она была вынуждена так сидеть на протяжении всего ритуала – целый день.

Бесконечные петиции и формальные поздравления – это была самая настоящая пытка, и под конец, как Идаан ни сдерживалась, по ее щекам потекли слезы.

Потом был обед с послом какого-то правителя Западных земель. По требованию отца она должна была сидеть на жесткой деревянной скамье, давиться холодным фасолевым супом и притворяться, будто ей очень нравится западная еда.

Идаан силилась вызвать в памяти хоть одну отцовскую улыбку или теплое объятие его рук. Вспомнить хоть один момент, который бы послужил доказательством того, что отец любил ее, любил по-настоящему.

Синий шелк трепетал на ветру за окном. Пламя свечей и масляной лампы меркло и снова оживало.

Он ведь так желал ей счастья. И теперь оставалось лишь дождаться знака, что его желание исполнится.

Идаан думала обо всем этом и нервно раскачивалась взад-вперед. Когда услышала какой-то звук возле двери, подскочила и заозиралась, будто хотела убедиться, что Адры нет в комнате. А потом он вошел, и она по его глазам поняла, что все кончено.

Адра сбросил на пол плащ. Его яркие одежды выглядели в этой комнате и в этих обстоятельствах неуместно, как залетевшая в лавку мясника бабочка.

А лицо было словно высечено из камня.

— Ты сделал это, – сказала Идаан.

Спустя два вдоха и выдоха он кивнул.

Смесь облегчения и отчаяния – вот что почувствовала Идаан.

Она подошла к Адре, вытащила нож из ножен у него на поясе и уронила на пол.

Адра даже не думал ей помешать.

— Хуже уже ничего не будет, – сказала Идаан. – Все плохое осталось позади.

— Он даже не проснулся, – сказал Адра. – Сонное зелье подействовало.

— Это хорошо.

Адра улыбнулся, но это была недобрая улыбка. Губы у него побелели, а глаза… В глазах был холод и одновременно злость. Ярость и одержимость – вот что увидела в них Идаан.

Он взял ее за плечи и притянул к себе.

Этот поцелуй был нежным, но граничил с насилием.

Идаан в какой-то момент подумала, что вот сейчас Адра распахнет ее одежды и увлечет ее в постель… Почему нет? Все должны были думать, что они именно за этим сюда удалились.

Она прижала ладонь к его паху, но оказалось, что он совсем не возбужден. Адра медленно и спокойно сжал ее руку и отстранил от себя.

— Я сделал это ради тебя, – сказал он. – Я сделал это ради тебя. Ты это понимаешь?