Кровь утопающих - Кейли Кэссиди Страница 46

— Я не могу.

Агата разинула рот, слезы теперь лились не на шутку.

— Не можете? – всхлипывая, пролепетала она.

Я чувствовала, что тону. Как будто новые оковы, которые я надела, преклонив колени перед королем Варии, становились все туже, врезались в меня, тянули вниз.

Глаза Лахлана пылали яростью:

— Тео, я думаю…

— Вы оба свободны. – Приказ прозвучал как свистящий меч. – Идите.

Агата пошатнулась, словно ее ударили по лицу. Она развернулась и выбежала из каюты. Лахлан задержался, чтобы бросить на Теодора последний осуждающий взгляд.

— Я думал, что из всех кандидатур ты выберешь получше. Во всех смыслах, – добавил он, тяжелыми шагами направился к двери и захлопнул ее за собой.

Теодор стоял в тишине, потирая переносицу. Мгновения тянулись, как вязкая субстанция, пока наконец он не схватил два флакона со стола и не подошел к кровати. Из одного он вытащил пробку зубами и сплюнул ее на пол.

— Выпейте это.

Я предпочла бы стоять одетой, а не занимать мужское ложе в тот момент, когда решилась высказать упрек, вложив в него как можно больше горечи:

— Это было бессердечно.

— Это было необходимо. – Он поднес мне маленький флакон. – Пейте.

Меня обуяла ярость. Придерживая простыни, я неуклюже села. Резкая боль пронзила мое бедро, и горячая жидкость потекла по коже.

— Не буду пить! – заявила я, стараясь не думать о боли. – Вы меня обманули. Почему вы не сказали, что разрыв нашей связи может убить меня?

— Я не обманывал. – Король коснулся своих волнистых волос. – Вы не понимаете всей сложности… – Он попытался взять себя в руки, но тщетно. – Боги, будь вы прокляты! Ты заставила меня пойти на нечто немыслимое, против всех моих убеждений и при этом выставляешь меня злодеем?!

— Я никого ни к чему не принуждала! Вы же… Ты сам согласился!

— Ты правда думаешь, что у меня был другой выбор, когда ты ворвалась в мою комнату, вся мокрая, крылатая… – Он оборвал себя, нахмурившись, и поморщился при взгляде на меня: – Ты истекаешь кровью. Я еще раз прошу тебя выпить это и позволить мне как следует залечить рану на твоей ноге. Кричать друг на друга будем позже.

Алое пятно на простыне быстро ширилось, но рос и мой гнев.

— Что это? – процедила я сквозь зубы, уставившись на флакон.

— Эликсир забвения, – ровно сказал он, и спокойствие его голоса разозлило меня еще сильнее. – Избавит от боли.

Эликсир забвения не только избавлял от боли. Он также притуплял ум и отнимал силы. Прежде я не принимала больше нескольких капель на чашку чая. Целый флакон мог на полдня погрузить меня в сон, полный сновидений. Вздрогнув, я покачала головой:

— Никакого эликсира забвения. Лечи без него.

Теодор посмотрел на меня как на сумасшедшую, но все же опустился на колени у края кровати и ждал, пока я с трудом вытаскивала ногу из-под одеяла. Небольшое движение заставило меня заскулить. Мое бедро напоминало лоскут кровавой плоти, и только тонкий слой кожи, который, как я полагала, был наколдован Теодором, не давал мне истечь кровью. Однако стоило мне пошевелиться, как этот слой прорвался.

— Держи, сама же потом передумаешь, – вложил он флакон с эликсиром в мою руку.

Затем он осторожно, но крепко сжал мое колено. Тяжело сглотнул и уставился на мое бедро, которое было открыто почти до изгиба ягодиц. Видя, что он не шевелится, я стукнула по матрасу: