Потерянная святая - Рейчел Кроу Страница 48

Однако, как это ни удивительно, девушка ее возраста могла знать о подобных мрачных вещах. Возможно, он ошибался, строя догадки. Языческие обряды все еще проводились в отдаленных регионах. Она могла видеть одержимых в своей деревне.

— Ты говоришь на северном наречии, – заметил он, сохраняя нейтральный тон.

— Очевидно, что так, – ответила она, не вдаваясь в подробности.

Леон нашел это подозрительным, но сомневался, что ему удастся провести полноценный допрос.

— Теперь ты думаешь, что я ведьма, – вздохнула девушка.

Он замешкался.

— Я этого не говорил.

— Молчание сказало за тебя.

Она была права. Возможно, она и ее друзья представляли интерес для зловещих планов Олега, но Леон не мог позволить себе полностью довериться ей. И что еще важнее, он не был уверен, что способен трезво оценить все, что она говорила. Леон был солдатом, а не ученым или провидцем.

Тем не менее, как солдат, он был обязан защищать невинных и интересы дворца Эдин. До сих пор он справлялся с этой задачей из рук вон плохо, подведя своих людей и оказавшись в такой сложной ситуации. Если бы они добрались до деревни, где были бы констебль или священник, он мог бы принять меры, чтобы быстро доставить девушку в Эдин.

Конь держал бодрый темп, но каждый шаг отдавался болью в боку Леона. Он потерял слишком много крови. Леону с трудом удавалось держать глаза открытыми, а сидеть в седле становилось все сложнее. Если он наклонится к девушке еще ниже, то рискует расплющить ее о шею коня. К счастью, от соприкосновения их тел становилось теплее, и он снова почувствовал дрожь. Это было хорошим знаком.

За их спинами прогремел гром. Небо за холмами, некогда синее, потемнело. Настало время снегопадов, и кое-где уже можно было увидеть небольшие сугробы. Плащ, безусловно, стал настоящим спасением – из толстой, качественной шерсти с меховой оторочкой, какой и подобает носить дворянину. Однако если пойдет дождь со снегом, вряд ли он сможет защитить от непогоды.

Леон вновь задумался о судьбе своих людей и спутников девушки. Лишь серьезная опасность могла удержать их от того, чтобы отправиться на его поиски.

Взгляд его то фокусировался, то рассеивался, когда он вглядывался в тени, движущиеся у края леса справа. Он знал, что разведчики Олега где-то там. И боялся представить, сколько еще человек, помимо того, кого они оставили без сознания в лесу с раздробленной челюстью, ищут их. Люди Олега были готовы преследовать свою добычу до самых дверей дворца, прежде чем сдаться.

— Как тебя зовут? – спросила девушка, ее тихий голос нарушил тишину.

Он прокашлялся.

— Леон Альваро.

— Ты… испанец?

— Моя мать родилась на Пиренейском полуострове, в Каталонии. Она из семьи торговцев, которые поселились в Люфте.

— Ты родился там?

— В Эдине.

Она сделала паузу, словно удивилась.

— А твой отец?

Леон напрягся и стиснул зубы.

— Он был северянином, который разграбил ее деревню. Но она была храброй и сумела вырваться на свободу.

— Боже, – прошептала девушка. – Мне так жаль.

— Моя мать была одной из немногих, кто пережил разгром Люфта.

— Подожди, это не Великая Северная чистка?

Ему было непонятно, почему она задала этот вопрос таким тоном, но это все равно задело его, и он не смог скрыть раздражение в голосе.

— Полагаю, можно назвать это так. Она была там в ту ночь, когда Святая Ансель призвала воды реки, и земля разверзлась, поглотив их врагов.