Я, ужасающий - Кейтлин Розакис Страница 56

Очень хороший вопрос. Пальцы Гэва уже скрючились, лепя файербол, сами собой, без участия разума, но он сжал кулак, унимая порыв.

— Я пошел к Светлому Магу Артарно и рассказал ей о моей великой миссии. Она дала мне три подарка: кольцо, которое делает меня невидимым для любых глаз, живых и волшебных; дротик, одним уколом лишающий стража сознания; и веревку, выдерживающую любой вес. Вам просто нужно вверить себя моим рукам, и я спущу нас обоих по этой веревке с крепостных стен в безопасное место.

— Может, она заодно дала тебе ключ, открывающий любую дверь? – От яда в голосе принцессы по спине Гэва побежали мурашки – и не сказать, чтобы неприятные. – Потому что, на тот случай, если ты не заметил, мы здесь заперты.

— Эм-м-м…

— Но это не так уж и важно. Если бы дело было только в запертой двери и глупом гоблине, неужели ты думаешь, что я бы все еще торчала тут?

Гэв снова вспыхнул – от унижения. Конечно, если она умеет метать кинжалы, стражники-гоблины едва ли смогли бы с ней справиться. А он дал ей лампу, которой так удобно бить по голове. Как же он был глуп. Кстати, а почему она все еще здесь? Ему следовало ворваться в темницу и прекратить преступную беседу, но в глубине души Гэву, похоже, хотелось посмотреть, как низко он пал. Хотелось узнать, что она думает на самом деле. Это было все равно что сдирать слой за слоем кожу с ожога. Болезненно, недальновидно и доставляет тошнотворное удовольствие.

— Он не идиот, – сказала она.

Он не идиот?

— Видишь этот треклятый ошейник на моей шее? Он зачарован, дурак. Если я подхожу слишком близко к границам замка, то валюсь на пол, корчась от мучительной боли. В чем колдун позволил мне убедиться в первую же ночь, – произнесла она с горечью. – Я считала себя очень умной. Я упала, и ему пришлось тащить меня за волосы, пока эффект не пошел на убыль. Я чуть не облевала себя с головы до пят.

О. Да. Весьма разумно с его стороны. Достойно порицания, пожалуй, предосудительно, но разумно. Отличная работа, Гавракс.

— Бедное дитя. – Зашелестела ткань, и Гэв представил, как Фиари обнимает девушку, успокаивая. Глаза мага сузились. Смерть этого пижона будет нелегкой.

Бац!

— Я не дитя, – холодно заявила она.

Беззвучным взмахом руки Гэв затушил факелы в коридоре.

— Нет, вы прекраснейшая из благородных дев, и лишь истинное зло могло подвергнуть вас таким испытаниям, – попытался Фиари еще раз. – Я встречусь с ним лицом к лицу и заставлю освободить вас.

— Нет, ты отправишься домой к моему отцу, доложишь обо всем в подробностях, и пусть пришлет саму Артарно вместо какого-то дурака с одноразовыми магическими побрякушками.

Так, как бишь его там? Ах да. Гэв щелкнул пальцами, и синее негасимое пламя побежало по швам его мантии, собираясь у шеи.

— Никогда! Я никогда не брошу вас здесь, в одиночестве, страдать от похотливых домогательств этого вонючего дьявола! – Граф повысил голос. Принцесса тоже:

— Не будь идиотом, мне нужно, чтобы ты…

— Тысячу смертей я предпочту бесчестью, если брошу вас на произвол судьбы…

— Знаешь, ты лучше слушай ее. – Гэв распахнул дверь. – Она на редкость разумная особа.

Парочка потрясенно уставилась на выступившего из тьмы колдуна, окутанного синим пламенем.

— Стража! – крикнул Гэв так, что его громовой голос прокатился по коридору.