Я, ужасающий - Кейтлин Розакис Страница 57

Он вошел в комнату. Фиари сидел на полу, там, куда его толкнула Элиша. Граф отползал, дрыгая ногами и махая руками, как чрезвычайно неуклюжий краб. Таких крабов другие крабы задирают и не берут в свои крабьи игры. Гэву это нравилось.

— Я же предупреждал тебя, что в следующий раз я уже не буду великодушным, – мягко проговорил он.

Фиари, тяжело дыша, прижался к стене.

— И что ты планировал делать в случае обнаружения? Связать меня волшебной веревкой? Нужно было сохранить дротик, тогда бы у тебя, может, и был бы шанс. Или ты думал, что если Артарно не дала тебе ничего на такой случай, то такого случая и быть не может? – Он двинулся вперед, шагая медленно и степенно, пока носки его туфель не коснулись подошв скребущих пол сапог Фиари. – Артарно никогда бы не доверила тебе что-то достаточно могущественное, что могло бы представлять для меня угрозу.

Вообще-то ему очень хотелось бы знать, кто такая эта Артарно и о чем она вообще думала. Конечно, где-то должны быть добрые, светлые маги, иначе никто бы не говорил «Темные Маги», все говорили бы просто «маги». Это даже не пришло ему в голову. Идиот.

— Но нет, ты явился сюда, вооруженный собственной правотой. Конечно, ты не можешь потерпеть неудачу, ты ведь герой.

Позади по коридору застучали шаги, послышался звон плохо сидящей кольчуги. Одно из преимуществ крохотного замка – долго ждать подкрепления не приходится.

Глаза Фиари расширились. Гэв глубоко вдохнул, шевеля пальцами.

— Пожалуйста.

Он повернул голову. Принцесса стояла, вытянув одну руку, словно собираясь коснуться его рукава, но не осмеливаясь.

— Пожалуйста, – повторила она и медленно, глядя ему в глаза, опустилась сперва на одно колено, потом на другое. – Пожалуйста, не убивай его.

— Он же тебе даже не нравится, – сказал Гэв, и ему самому не понравилось, как раздраженно прозвучал его голос.

— Это не значит, что я хочу, чтобы он умер за меня, – ответила она. – Пожалуйста. Мне нечего предложить тебе, ты все можешь взять сам. Поэтому я умоляю.

Гэв демонстративно вздохнул и опустил руки. От неловкого чувства облегчения мышцы его груди расслабились. Он только-только начал гордиться тем, что не убил Фиари в первый раз, и не хотел делать это сейчас. И уж точно не на глазах Элиши. Но Фиари был невыносимым ослом, ему нельзя было позволить покинуть замок живым, а Гэву совсем не улыбалось присматривать за еще одним пленником. Убить пижона было бы куда проще. Часть его уже представляла потрескивающее пламя, пожирающее плоть, обвивающее череп, вырывающееся из глазниц. Представляла и пускала слюни. Но эта часть ощущалась чужеродной. И если это была часть него, он не хотел, чтобы она существовала.

И вот прекрасное оправдание, смотрит на него огромными синими глазами. Даже если единственной причиной их синевы является та же магия.

В комнату заглянул Сирако, и глаза его вспыхнули:

— Удивительно, что только способны выдержать люди.

Гэв вздохнул.

— Нет, Сирако.

— Это правда не составит труда, милорд.

— Сирако, нет.

— Всего пара часов, и мы будем точно знать, как он проник в замок. – Глаза Сирако не отрывались от Фиари.

— Я и так знаю, как он проник, – заметил Гэв.

— Пожалуйста, – прошептала принцесса.

Напористая ярость уже уходила, утомленная карнавалом жизни. Возможно, усталость пошла ему на пользу; ведь сдерживать гнев, не дающий думать, становилось все труднее. Ладно. Может, он заставит эмоции работать на себя.