Жертва Весны - Надя Хедвиг Страница 66

— У вас тут недавно жила собака, – затараторила она. – Может, остались какие-то его вещи? Лежанка? Игрушки?

— Слушай, девочка…

— Меня Нина зовут.

— А меня Тёма. – Продолжая улыбаться, я протянул толстяку руку.

Тот и не подумал ее принять.

— Я понял, Тёма, ты платишь за дверь.

— Да вы не понимаете! – вскинулась Нина, и запах земли усилился.

Я потянул ее за локоть:

— Пойдем.

— Это куда это?! – угрожающе прогудел толстяк.

— Да вы же…

Краем глаза я увидел, как коричневый рукав на массивной руке начал темнеть и скукоживаться, точно кто-то опалил его изнутри, и потащил Нину вниз по лестнице. Вслед понеслись обещания вызвать полицию. Нина пыталась отцепить мои пальцы, но я отпустил ее, только когда за нами захлопнулась дверь подъезда.

— Тебе надо научиться контролировать это!

— Мне? Мне контролировать?! – Она только что не дымилась. Даже кончики ушей покраснели. – Я не просила об этой силе! Никто не предупреждал меня, во что это выльется! Твоя мама просто поцеловала меня в лоб и сказала: «Береги себя!» вместо гребаной инструкции, как это все устроено! И вообще – можно было бы спросить, хочу ли я быть этой вашей Осенью!

— А ты хочешь? – я постарался добавить участливости в голос.

— Нет! – выпалила она и, насупившись, сложила руки на плоской груди.

На щеки мне упали холодные капли. Я задрал голову. Какого?.. Не было же туч! Взгляд вернулся к мрачной девочке напротив.

Когда-то давно среди лета полил ледяной дождь. Юля взбесилась, стала кричать, что это ее время и никто не смеет вмешиваться. Послала нас с Лехой найти того, кто это сделал. Точнее, ту – юную Зимнюю Деву, которая еще не умела контролировать силу. Мы приехали, но рядом с Верой оказался Антон. Я помню его взгляд, когда мы впервые столкнулись в электричке. Он смотрел на Веру, как мама-медведица – на единственного детеныша. Пришлось очень постараться, чтобы пролезть к ней у него под носом…

Дождь зарядил в полную силу.

— Да ежкин кот! – выругалась Нина. – Достало!

Меня тоже много чего достало, но я промолчал. Отошел под навес и осторожно потянул ее за собой.

— Что тебя достало?

Нина позволила увлечь себя. И когда я накрыл ладонями капюшон худи на ее спине, не отстранилась.

— Все, – горько выдохнула она.

— Все?.. – Я попробовал погладить ее по растрепанным волосам. Волосы были жесткие и, на мой вкус, слишком короткие.

— Как, блин, это контролировать? – Нина всхлипнула.

— А зачем тебе все контролировать?

— Я же…

Я осторожно провел большим пальцем по ее щеке. Тело в слоях безразмерного худи перестало дрожать, и сама Нина, кажется, постепенно успокаивалась. Надо было все-таки спросить, сколько ей лет…

Меня окутал запах мокрой земли, и в голову одно за другим полезли воспоминания: вот мама отталкивает меня, вот на моих глазах превращает здоровое дерево в труху… Я зажмурился. Желание закурить стало таким сильным, что я почти ощутил во рту горьковатый привкус.

Надеюсь, ты оценишь мои старания, Лестер.

— Тёма, слушай. – Нина вдруг отстранилась. – Может, в том домике что-то найдется для Джека? Он же вроде волшебный.

Я открыл глаза.

— В домике, – повторил я, разглядывая ее. – Может, и найдется. Хочешь проверить?

Она кивнула. И сама переплела свои пальцы с моими.

* * *

Нина шагала рядом со мной, притихшая и задумчивая. В лесу еще лежал снег: на верхушках деревьев, на сухих тонких ветках, казавшихся абсолютно черными на фоне быстро темнеющего неба. Несмотря на это, в воздухе отчетливо ощущалось тепло. Хотелось, как в детстве, стянуть шапку и ослабить шарф. Нина вообще шла без шапки и в расстегнутом пуховике. Она шагала уверенно, как будто прекрасно знала дорогу. Впрочем, может, она и знала. Или это избушка Осенней Девы звала ее?