Шепот в стенах - Скотт Рэнкин Страница 72

— Это интересно, – сказала она. – Харлоу так много помогает нам. Зачем ему это делать?

— Потому что я его попросила.

Рен потребовалось немало усилий, чтобы не закатить глаза.

— Ма-ам. Ты, конечно, прелесть, но в чем настоящая причина? Он подставляет свою шею, вмешиваясь в это дело. Если план сработает… могут быть серьезные последствия. Другие дома примут ответные меры. Харлоу многим рискует.

Агнес кивнула:

— Мы не единственные, кто ненавидит Брудов, Рен. На том мосту, когда он рухнул, были и другие мужчины и женщины. Жители Нижнего города ничего не забывают. Возможно, они не в силах противостоять Брудам, но они не забывают… Мне нужно было только намекнуть на то, что ты планируешь, и Харлоу согласился. Он знает то же, что и все мы: если один из великих домов действительно может пасть, значит, у людей вроде нас есть надежда.

— Вполне справедливо. Я просто…

— …не доверяешь ему. Это хорошо. Мы учили тебя подвергать сомнению все и вся.

Несомненно, так оно и было. Агнес и Роланд Монро вырастили отнюдь не дурочку.

Молчание затягивалось. Наконец мать продолжила:

— Но Харлоу – один из нас, Рен. Он до мозга костей житель Нижнего города. Он родился в тени великих домов, как и ты. Если мы не сможем доверять друг другу, нам никогда их не победить.

Рен не нашлась что ответить. Она собиралась рассказать о своей работе и предложении, которое только что получила от Ландвина Бруда. Но в последнюю секунду прикусила язык. Она боялась, что матери эта идея может слишком понравиться. Вдруг Агнес начнет подталкивать ее к тому, чтобы все бросить и жить нормальной жизнью? Рен не хотелось новой ссоры.

Вместо этого она потянулась за следующей рыбиной. Они сидели вдвоем, разговаривая о жизни на пристани и делая вид, что за пределами этих стен больше ничего не существует, – как будто бы это был самый обычный день.

Когда вечер подошел к концу, Рен вместе с матерью вымыла тарелки в раковине. Потом она тихо сказала:

— Мне нужно уехать из Катора. Представилась возможность.

— Собираешься в Ностру?

Ее мать была слишком умна.

Рен кивнула:

— У Тинвори свои задачи, а у меня свои. Нужно повлиять на Тео.

Агнес задала вопрос, которого Рен боялась:

— Что, если он скажет «нет»?

Она вздохнула:

— Что, если он скажет «да»?

— Это не ответ.

Рен дотянулась до полотенца и принялась вытирать тарелки. Ее мать тихо напевала какую-то песенку.

Это был не ответ, потому что Рен не знала настоящего ответа. В Равинии Тинвори ее спрашивали о Тео. Она высказывалась смело, но при этом исказила свои слова ровно настолько, чтобы избежать подозрений. Нравственный меч не причинил ей вреда, потому что в тот момент она говорила абсолютную правду. Если бы стоял выбор между местью и жизнью Тео, она бы выбрала месть. Падение дома Брудов было важнее всего. Но вопрос матери пробудил ее самый большой страх. Что, если Тео, взвесив все преступления своего отца против них, все равно скажет «нет»? Что, если кровь Брудов в нем слишком сильна?

Рен цеплялась за веру в то, что он примет ее план. Тео выберет ее. Конечно же выберет.

Следующим шагом будет поездка в Ностру. Рен уже попросила отгул у Семинар Шиверин. Начальница была в таком восторге от ее работы, что согласилась, ‒ правда, взяв с Рен обещание, что она использует это время для размышлений над еще более умными заклинаниями. Рен все уладила, но понимала, что мать права. Она избегала ответа на главный вопрос.