Шепот в стенах - Скотт Рэнкин Страница 80

Не сейчас. Но скоро я с тобой встречусь.

Невелин опустилась на колени и сделала вид, что роется в собственной ячейке. Она услышала удаляющиеся шаги Тессы и тоже собиралась уйти, когда увидела яркую ленту. Невелин никогда не осматривала свой почтовый ящик внимательно, потому что швеи редко общались таким образом. Она заглянула внутрь и обнаружила несколько записок, наваленных друг на друга. Всё для нее.

Что за чертовщина?

В ящике лежали четыре сложенных листка бумаги, все одинаковые, кроме верхнего. Кто-то нашел время, чтобы проделать в бумаге дырочку и привязать к записке красивую красную ленту. Вероятно, из-за того, что она проигнорировала другие письма, – подумалось Невелин.

Она развернула первый листок, думая, что записка от Рен Монро.

Почерк был неровный и неаккуратный, а подпись не принадлежала Рен.

Ты любишь кофе? Гарт.

Развернув вторую, Невелин улыбнулась. Она надеялась, что записки лежат по порядку.

Боги! Видимо, ты любишь чай. И я тебя явно обидел. Гарт.

Третья:

А может, ты религиозна, и упоминание богов тебя оскорбило? Ну вот. Я ужасно начал, да?

Наконец она открыла ту, что с лентой.

Я понял! Ты не умеешь читать. Значит, я без стеснения могу написать тут что угодно. Например, я могу написать, что, когда впервые увидел тебя… я чуть не назвал тебя красавицей. Я мог бы написать: мне жаль, что я не был достаточно смел и просто не сумел сказать об этом. Я мог бы написать: я боюсь, что у меня не будет возможности попытаться сказать это снова, даже если это правда. В любом случае жаль, что ты не умеешь читать. Если найдешь кого-то, кто умеет, пожалуйста, скажи ему, чтобы не произносил ничего из этого вслух. Я бы хотел быть первым, кто тебе об этом скажет. Гарт.

Невелин почувствовала, что ее лицо онемело от улыбки. Это было восхитительно, неожиданно и ужасающе. Она еще раз перечитала записки от начала до конца и поборола желание прижать их к груди. Последним, кто назвал ее красивой, был отец. В глубине души она думала, что никогда больше не услышит это слово в свой адрес.

Впервые в жизни Невелин получила от кого-то записку. За словами Гарта не было никакого скрытого мотива и никакой игры. Он просто надеялся, что девушка ему ответит.

— Боги! Что за идиотская улыбка?

За плечом Невелин возникла Эдна. Она с интересом посмотрела вниз, но Невелин уже сложила листки. Она сунула их в карман и попыталась справиться с румянцем, заливавшим ее щеки.

— Да нет, ничего такого.

— Ничего, – повторила Эдна. – Какое подходящее для тебя слово.

Она произнесла эту фразу небрежным тоном, и Невелин даже не сразу поняла, что девушка пыталась сказать ей гадость. Ее взгляд метнулся к почтовой ячейке Эдны – и обратно к ней. Потом Невелин ушла, продолжая играть роль тихой мышки, которую Эдна так хотела видеть.

Было даже немного приятно услышать восторженный возглас, который издала девушка, обнаружив в почтовом ящике ожидающее ее письмо.

Начался обычный рабочий день. Эдна вернулась в комнату, рассказывая о предстоящем свидании. В поддельном письме «Сол» просил Эдну подождать его после работы. Он заедет за ней и отвезет в один из лучших ресторанов поблизости.

Остальные смеялись и перешучивались, но тихая радость Эдны весь день наполняла комнату, как солнечный свет.

Одна за другой швеи покидали комнату. Сегодня спектакля не было. Раз в десять дней весь театр пустел. Кто-нибудь из актеров мог остаться, чтобы отрепетировать свои реплики, но Невелин знала, что в «Дремлющей фиалке» настало самое тихое время. Она ждала именно этого дня, рассчитывая, что театр будет почти безлюден.