Вера (Миссис Владимир Набоков) - Стейси Шифф Страница 180

Вера в Константинополе, 18 апреля 1920. За полгода до этого она пересекла на пароходе Черное море, и это путешествие ее муж позаимствует для своего героя из «Подвига». С тех пор Вера никогда больше не вернется в Россию.

ЕВРОПА

Владимир Набоков, примерно 1923.

Светлана Зиверт за год до помолвки с Набоковым.

Вера Слоним в берлинском парке Тиргартен, вероятно, спустя несколько месяцев после того, как познакомилась со своим будущим мужем, 1923.

Набоковы на отдыхе в Круммхюбеле (по этой горной местности проходит ныне граница между Польшей и Чехией). Рождество, 1925. Позже Владимир писал: «Я летал на лыжах». Никогда прежде на лыжах не катавшаяся, Вера такого сказать о себе не могла, а ее падение нашло отражение в романе «Король, дама, валет», — как и вытянутая тень фотографа, а также (в верху) бежевое платье.

Вера, Сен-Блазьен, 1926.

Портрет жены художника в зеркале, Берлин, середина 1930-х гг.

Набоковы на пляже — вероятно, июль 1926.

Ирина Гуаданини.

Владимир с Дмитрием в Ментоне, Франция, декабрь, 1937. В этом месяце Набоков попросил Ирину Гуаданини вернуть его любовные письма. Он утверждал, что в них почти все — фантазии.

Соня Слоним, 1930-е гг.

Лена Слоним-Массальская, 1930-е гг.

Зинаида Шаховская и Набоковы. Ментон, Франция, 1938.

АМЕРИКА

Вера с Владимиром во время своего первого путешествия по Америке, лето 1941.

Вера и Дмитрий в Йосемитском национальном парке с Лизбет и Бертрандом Томпсонами, 1941. «Студебеккер» — тот самый, на котором Томпсоны возили Набоковых по Ривьере в конце 1930-х гг.

Крэги-Серкл, Кембридж, ок. 1942.

За чаем в колледже Уэлсли. Фи-Сигма-Хаус, 1942.

Кэтрин Риз Пиблз, которая с полным правом могла заявить о русском профессоре: «Он любил не маленьких, а именно молоденьких девочек».

Вера с Дмитрием на Трейл-Ридж-роуд, Колорадо, 1947.

Нантакет, 1945.

В Итаке, на Ист-Сенека-стрит, во дворе, где чуть было не погибла «Лолита», ок. 1951.

Верино удостоверение на право носить браунинг. Чиновникам она объяснила необходимость иметь при себе оружие так: «Для защиты во время поездок в отдаленные части страны в процессе энтомологических исследований».

Итака, сентябрь, 1958. Перефразируя повествователя «Истинной жизни Себастьяна Найта», Набоков так объяснял завершение своего творческого процесса: «Знаете, после этого моя такая добрая и терпеливая жена садится за машинку, а я — диктую, я диктую с карточек, что-то изменяю и часто, очень часто, обсуждаю с ней то или это. Случается, она возражает: „Нет, так сказать нельзя, так нельзя!“ — „Что ж, поглядим, может, и исправлю“».

Итака, сентябрь 1958. «Ненавижу фотографироваться (возможно, случись все это с нами лет пятнадцать назад, снималась бы с удовольствием), но отказываться куда хлопотнее, если не удается отмахнуться сразу», — ворчливо замечала Вера в ту осень.