Потерянный для любви - Мэри Элизабет Брэддон Страница 62

— Развяжусь? Как ты можешь такое говорить, Лу, когда я хочу быть тебе верным и преданным другом –  как если бы мы были братом и сестрой? Беда в том, что чудовищные законы общества –  созданные, разумеется, для обуздания негодяев –  почти не оставляют возможности для дружбы между мужчиной моего возраста и девушкой твоего. Если ты не позволишь отправить тебя в школу, я не знаю, что мне еще сделать, чтобы доказать свою дружбу. Честное слово, только сегодня днем я размышлял об этом в Ричмонде.

— В Ричмонде! –  воскликнула Лу. –  Так вот где вы с ними были? Я видела, как вы все выходили из экипажа.

— Глупая девчонка, к чему тратить время на слежку за другими?

— Ричмонд! Красивое место, наверное?

— Вполне, –  ответил молодой хозяин вселенной, уверенный в своем доходе, который давал ему возможность путешествовать по всему миру, от одного сада очарования до другого, и потому не склонный восторгаться лондонским пригородом. –  Да, славное местечко. А разве ты там не была?

— Я нигде не была, кроме как однажды в Хэмпстед-Хите, ну и в лесу.

— В каком лесу?

— В Эппингском. А есть и другие?

— Есть ли другие леса! Бедное дитя! Подумать только, этот мир так прекрасен, а ты почти ничего не видела за пределами Войси-стрит! К черту светские обычаи! Я не злодей и не позволю им меня сковать. Как ты думаешь, Лу, твоя бабушка позволит мне свозить тебя на денек в деревню? Я бы взял бричку внаем и прокатил тебя в какую-нибудь славную деревушку у Темзы –  Шеппертон или Холлифорд, что-то в этом роде. Можно было бы позвать и почтенную даму, но, боюсь, она несколько подпортит нам настроение.

— А то! –  откровенно призналась Лу. –  Это она может.

— Так думаешь, она нас отпустит?

— Не знаю. Может, если бы вы попросили ее об этом.

— Тогда предложу ей это завтра же, когда мы чем-нибудь перекусим и разделим бутылочку-другую эдинбургского. Хочешь увидеть боярышники, реку и тростниковые островки, а, Лу?

— Хочу ли я? Да я вообще не видала ни деревню, никаких красивых пейзажей! Это же будет просто рай! Мне всегда казалось, что величайшая красота рая в том, что он не похож на Войси-стрит.

К тому времени они как раз дошли до недобро поминаемой Войси-стрит и столкнулись с парой неряшливых девиц, с пивом к ужину в руках. Свечная лавка только что закрылась; торговля устрицами была в самом разгаре. Они расстались у двери дамского гардероба, и Уолтер поклялся добыть согласие миссис Гернер на их вылазку к излучине Темзы.

— Ты даже не представляешь, как весело бежит река, если взобраться к Виндзору, выше шлюзов, –  сказал он и любезно распрощался с Лу.

Обещанное удовольствие подняло ей настроение: непроницаемо-темные глаза прояснились, она вся расцвела. И все же под конец она допустила промах.

— Но что скажет мисс Чамни, если вы повезете меня на прогулку? –  спросила Луиза.

— К мисс Чамни это не имеет никакого отношения, –  сухо ответил он. –  Доброй ночи!

Приподнятая шляпа и чопорное прощание обдали тревожное сердце Лу холодком.

«Какой смысл так распаляться по его поводу? –  думала она, проходя в душную гостиную через темную лавчонку, в полной уверенности, что ей сейчас достанется за отсутствие в позднее время. –  Что ему до меня, а мне до него? Мы бесконечно далеки друг от друга. Его доброта ко мне –  лишь благотворительность. Я почти ненавижу его за это».