Голос Кьертании - Яна Летт Страница 100

* * *

— Я покажу тебе кое-что, чего не показывал никому другому, – шепнул он после, когда они, переводя дух, лежали, сплетясь, как змеи, в тёмных простынях в глубинах его неведомого дома. – Если не боишься, моя возлюбленная. Но ведь ты не боишься?

Она покачала головой. Счастье влажным маревом вставало над постелью, и Адела парила в нём и над ним, как птица с протяжным голосом над болотом.

— Я ничего не боюсь.

— Мне понадобится снова разобрать тебя, – предупредил он её, и Адела кивнула.

А в следующий миг – распалась на части. Она ожидала, что увидит очертания нового места, но в этот раз всё было по-другому.

Частицы тела, бывшего Аделой Ассели, зависли, замерли в новом ничто, в измерении, лежавшем, должно быть, за границей материального мира.

Адела будто со стороны видела свет и тьму этих частиц – и других, составлявших тело Арне. Они смешались между собой, подобно воздуху, вместе стремясь заполнить всё доступное пространство, каждый новый рождающийся из ниоткуда уголок.

Как могла она видеть это со стороны, если у неё не было глаз? Как могла чувствовать этот восторг и упоение, не имея нервных окончаний? Как сознавала происходящее, если её мозг вместе с остальными органами был сейчас растворён среди света и тени?

Адела не знала. Она позволила своим частицам натянуться, будто сети-ловушке на лесной охоте, а сразу вслед за тем свободно упасть, накрывая Арне собою. Каждая её частица сплелась в объятии с его, и Адела в немом восторге ощутила, что может управлять их общим движением. Их частицы приветствовали друг друга, словно заново узнавая после долгой разлуки. Она вела Арне за собой, и они были будто рыбёшки в огромном косяке, не просто плывущие в толще воды – бывшие частью этой толщи, являвшиеся самой водой.

«Ты – единственная, кого я привёл сюда, Адела. Единственная, кого захотел привести – и кого при этом смог… Никого другого никогда не было и не будет здесь рядом со мной. Не было и не будет…»

«Не было и не будет», – шёпотом повторило эхо, живущее в глубинах темноты, и Адела счастливо содрогнулась всем своим незримым телом, чувствуя себя неуязвимей, чем луч, лёгкой, как пар…

Бессмертной.

«Не было и не будет – есть только сейчас».

Частицы их тел сливались в последнем судорожном объятии посреди никогда и нигде – а потом Адела почувствовала, как частицы, составлявшие сущность Арне, плавно отступают, и последовала за ним.

Из влажных глубин мира вновь проступали явления и предметы – тёмный остов постели, влажные простыни, изломанные контуры рукавов зелёного платья, брошенного на полу.

Лицо Арне явилось последним.

— Для тебя, моя возлюбленная.

Воспоминание об их объятиях за пределами пространства и времени таяло безжалостно, неумолимо – и Адела ухватилась за него из последних сил, чтобы сохранить в неприкосновенности памяти…

«Не было и не будет».

* * *

Она устало помассировала виски. Голова побаливала, под глазами темнели круги – и всё же Адела чувствовала себя совершенно счастливой.

Деньги разосланы – новое исследование будет завершено в ближайший месяц… Ни одного химма из кармана Рамрика Ассели. Что до его имени – все эти люди согласились выполнить работу для неё, и фамилия здесь ни при чём. Одни из них слышали о её выступлениях, другие вдохновились статьями. Арне был прав: всё получится. Главное – не опускать руки.