Криминалист 5 - Алим Тыналин Страница 104

— Я понимаю. Стандартная процедура не предполагает сравнения концентрации с ожидаемым уровнем для данного типа пожара. Этому не учат. Ни в медицинских школах, ни на курсах пожарной инспекции. Поэтому никто и не заметил.

Форд молчал. Я видел, как двигаются мускулы на его впалых щеках.

— Есть второе обстоятельство, —продолжил я. — Положение тела. Согласно вашему протоколу, тело Пэйна обнаружено в дальнем северо-восточном углу здания. У глухой стены. Ни окон, ни дверей. Ближайший выход ворота на юго-востоке, в сорока футах по прямой.

— Пэйн мог не сориентироваться в дыму, — сказал Форд, но голос уже звучал иначе, тише и неувереннее.

— При пожаре в здании видимость падает до нуля за первые две минуты. Это правда. Но инстинкт заставляет двигаться к свету, к двери, к окну, к любому источнику. Если человек ослеплен дымом, он ползет вдоль стены, ищет проем, и находит, потому что стены ведут к углам, углы к дверям. Человек, лежащий у глухой стены, в углу без выходов, в сорока футах от ворот, это не человек, заблудившийся в дыму. Это человек, не способный двигаться до начала пожара. Потому что к моменту возгорания он уже не мог ни ходить, ни ползти.

Форд снял очки. Положил на стол. Протер длинным движением, медленно, тщательно, как будто совершал ритуал, дающий время на осмысление. Близорукие глаза смотрели на протокол вскрытия, но видели что-то другое, наверное, тело Пэйна на секционном столе, десять дней назад, обгоревшее, скрюченное, с двадцатью двумя процентами карбоксигемоглобина, которые означали совсем не то, что он написал в графе «причина смерти».

— Вы хотите сказать, — произнес он наконец, — что Пэйн умер до пожара.

— Именно это я хочу сказать. Нужно повторное вскрытие с расширенной токсикологической панелью. Стандартная панель проверяет около тридцати соединений. Мне нужна полная, барбитураты, бензодиазепины, хлороформ, эфир, цианиды, все группы. Плюс повторный осмотр дыхательных путей и мягких тканей шеи на предмет прижизненных повреждений, удушение, асфиксия и следы давления.

Форд надел очки и посмотрел на меня.

— Дело закрыто, агент Митчелл. Для повторного вскрытия мне нужно разрешение окружного прокурора.

— Получите. Мы подаем запрос через федеральную прокуратуру сегодня до обеда. Ваш окружной прокурор не станет возражать, когда федеральное ведомство запросит эксгумацию по делу о возможном убийстве. Ему достаточно одного звонка.

Форд посмотрел на протокол еще раз. Потом на лупу в руке. Потом на анатомический плакат на стене.

— Я работаю патологоанатомом тридцать четыре года, — сказал он. — Десять тысяч вскрытий. Может, больше, я давносбился со счета. — Помолчал. — За все эти годы ни один пожарный инспектор, ни один полицейский, ни один прокурор не попросил меня сравнить уровень карбоксигемоглобина с расчетным показателем для конкретного типа пожара. Ни разу. — Он поднял глаза. — Откуда вы это знаете, агент Митчелл?

— Много читаю, доктор.

Форд смотрел на меня секунды три. Потом кивнул, коротко, сухо, признавая ответ, но не принимая его.

— Хорошо, — сказал он. — Присылайте разрешение. Я проведу повторное вскрытие лично. Расширенная токсикология, полный осмотр дыхательных путей, мягких тканей шеи и гортани. Результат будет через сорок восемь часов.