Классический Эндшпиль - Владимир Сухинин Страница 104

Император кивнул, соглашаясь с предложением министра, но в его глазах мелькнула тень сомнения.

— Как наказать?

— Тоже казнить, ваше императорское величество.

— Хм, казнить, – хмыкнул император. – Он под крылом моей супруги, а она мне все уши прожужжала. Кандидат в канцлеры.

— Давайте казним генерала Легатуса, – министр предложил решение, которое, казалось, могло снять напряжение.

— А его за что?

— Был бы человек, ваше величество, а причина наказать найдется. Он провалил кампанию, и за это кто-то должен ответить. Можно наказать и его начальника разведки Аркандаса. Он простолюдин. Взвалите всю вину за убийство Мазандара на них.

— Ну, Легатус еще не провалил наступление, – император задумался. – Но я подумаю над твоими словами. Останься, послушаем, что скажут генералы на совещании.

Министр поклонился и остался стоять, ожидая решения императора. В комнате повисла напряженная тишина, прерываемая лишь тихим треском свечей и шорохом снежинок за окном. Император знал, что впереди его ждут тяжелые испытания, но он был к ним готов. Он был императором Лигирийской империи, и он не мог позволить себе слабость.

Император прервал затянувшееся молчание, обратившись к своему министру:

— Скажите, Паничели, что вам известно о новом герцоге, который словно яркая звезда взошел на небосклон Вангора? Как его?..

— Риз Тох Рангор, ваше императорское величество, – ответил советник, почтительно склонив голову. – Он из нехейцев, второй сын барона. По их традициям, старшего сына оставляют в доме, а остальных изгоняют. Говорят, он обладает магическим даром и силой бойца, смел, решителен и невероятно ловок. Ему удалось найти общий язык с орками и снискать признание снежных эльфаров. Однако он стал врагом Леса, а такие, как известно, долго не живут. Ходят слухи, что ему благоволит сама королева Гаяна.

Император нахмурился, его глаза сверкнули насмешливым интересом.

— Он что, ее любовник?

Советник ответил спокойно, но в его голосе чувствовалась сожаление:

— Нет, ваше императорское величество. Она лишь нашла кандидата, который способен потеснить Крензу.

Лицо императора исказила гримаса недовольства:

— Крензу… Сколько мы в него вложили, и все впустую.

Паничели склонился еще ниже и почтительно произнес:

— Мир не стоит на месте, ваше императорское величество. Сегодня обстоятельства складываются против нас, но завтра все может измениться. Крензу куплен нами с потрохами. И мы дождемся подходящего момента, чтобы через него подкупать и развращать аристократию Вангора. Они все падки на золото.

— А этого риза Тох Рангора нельзя подкупить? – спросил император, пристально глядя на советника.

— Нет, ваше величество, – ответил Паничели. – Нехейцы помешаны на чести. Но если его не уничтожат агенты Леса, мы сможем дискредитировать его в глазах короля. Мы будем распространять слухи, что риз зарвался и хочет отделиться, а агентов влияния снабдим золотом. Это всегда срабатывало. Меехир боится конкуренции.

Император кивнул, его губы изогнулись в холодной усмешке:

— Я тебя услышал… – Их разговор прервало появление секретаря.

В кабинет императора с поклоном вошел мужчина средних лет невыразительной наружности и доложил:

— Ваше императорское величество, генералы ожидают вас.

— Проводи их в мой рабочий кабинет, – подавив вздох сожаления, приказал император. Он взял себя в руки и позвал министра: – Пошли, Паничели, послушаем, что нам скажут эти напыщенные болваны. У меня был один боевой генерал, и ты предлагаешь казнить его.