Вдова драконьего генерала. Лекарка для его наследника - Диана Фурсова Страница 11

— Вы решили всё заранее, — сказала она.

Советник перевёл на неё взгляд.

— Осторожнее, леди Элианна.

— Зачем? Я ведь уже без прав, без имени и под надзором. Осталось только запретить мне думать вслух.

Женщина из Совета подняла бровь.

— Очень смело для той, кто не помнит даже собственной вины.

— Именно поэтому я и хочу её узнать, а не подписывать всё, что мне кладут под руку.

— Вам никто ничего подписывать не предлагает.

— Конечно. Здесь предпочитают печати и ритуалы. Так выглядит солиднее.

Марта чуть слышно прошептала:

— Леди…

Но Лика уже не могла остановиться. Она была напугана, растеряна, у неё болела голова, чужое платье сдавливало грудь, а чужой мир с первых минут пытался решить за неё, кем она была, что сделала и где теперь будет жить. Ещё немного — и её просто понесёт течением. А она слишком хорошо знала: стоит один раз позволить другим говорить за тебя, потом собственный голос придётся выцарапывать обратно.

Генерал неожиданно шагнул перед ней, закрывая от Совета половиной плеча.

— Довольно. Она поедет в Северный замок.

Лика резко посмотрела на него.

— Что?

Он не обернулся.

— Под моей охраной. Арден поедет тоже, но останется в моём крыле. Ни один человек Совета не приблизится к нему без моего разрешения.

Мужчина в плаще чуть склонил голову.

— Это разумно.

— Это не согласие с вами, Вейран. Это способ не дать вам увезти моего сына отдельно.

Вейран.

Лика запомнила и это имя.

Советник улыбнулся краем губ.

— Как пожелаете, лорд Драгомир. Выехать следует до рассвета. Чем дольше печать находится в столичном храме, тем больше слухов появится.

— Слухи появятся в любом случае, — сухо сказал Каэль.

— Но ими можно управлять. Официально будет объявлено, что вдова отправлена в Северный замок для завершения траурного срока и очищения имени рода.

Лика сжала зубы.

Очищения имени рода.

Как ловко они выбирали слова. Не пленница — вдова. Не ссылка — траурный срок. Не надзор — безопасность. Не страх — порядок.

— А если я откажусь ехать? — спросила она.

Вейран посмотрел на неё с почти искренним любопытством.

— Вы предпочитаете вернуться в зал и завершить ритуал без защиты лорда Драгомира?

Ответ был ясен.

У неё не было выбора. Только разные формы клетки.

— Я поеду, — сказала Лика. — Но не потому, что признаю вашу правоту.

— Ваше признание не требуется.

— Вот это я уже поняла.

Вейран задержал на ней взгляд. Не злой. Оценивающий. Будто она была не женщиной в траурном платье, а вещью с неизвестным свойством, которую пока не решили — сломать или использовать.

— Северный замок умеет задавать вопросы лучше Совета, леди Элианна. Надеюсь, вы выдержите его ответы.

После этих слов он развернулся и вышел. Остальные последовали за ним. Дверь закрылась не громко, но Лика всё равно почувствовала, будто перед ней захлопнулась решётка.

Марта тут же подошла к кровати, проверяя, не проснулся ли Арден. Мальчик спал беспокойно, прижимая руку к груди. Тонкая золотая линия на его запястье то тускнела, то снова проступала под кожей.

Генерал стоял у двери, не сводя взгляда с сына.

— Вы довольны? — спросила Лика.

Он медленно повернулся.

— Осторожнее с тоном.

— Я проснулась на похоронах, меня назвали предательницей, вдовой при живом муже, угрозой ребёнку, а теперь отправляют в замок под охраной. Какой тон вы считаете подходящим для такой ситуации?