Вдова драконьего генерала. Лекарка для его наследника - Диана Фурсова Страница 13

На этот раз он не ответил. Только отвернулся к сыну.

Марта, всё это время молчавшая у кровати, подняла голову.

— Лорд Драгомир, если выезд до рассвета, маленького лорда нужно подготовить к дороге. Леди тоже. Она в ритуальном платье. Так нельзя ехать на север.

— Займитесь.

— Мне потребуется доступ к её комнатам.

Лика едва заметно напряглась.

Её комнаты. Комнаты Элианны. Место, где могли быть ответы или новые ловушки.

Генерал заметил и это.

— Вы пойдёте с Мартой, — сказал он. — Возьмёте только необходимое.

— А если среди моих вещей есть что-то важное?

— Тогда Марта это увидит.

— То есть вы приставляете ко мне надзирательницу.

Марта обиделась, но промолчала.

Каэль сказал:

— Я приставляю к вам единственного человека в этом доме, который сегодня пытался удержать вас от смерти.

Лика невольно посмотрела на пожилую женщину. Та отвела глаза, и в этом движении было слишком много усталой правды.

— Хорошо, — сказала Лика. — Я пойду с Мартой.

— И ещё.

Она уже взялась за край плаща, чтобы не запутаться в платье, но остановилась.

Генерал говорил негромко, чтобы не разбудить сына, и от этого каждое слово стало тяжелее.

— В Северном замке вы будете под моей защитой, пока не докажете, что опасны для Ардена. Но не перепутайте защиту с доверием. Один шаг в сторону, одна попытка скрыться, один разговор с теми, кто придёт от Совета, — и вы потеряете последнее, что у вас осталось.

Лика медленно повернулась к нему.

— И что же у меня осталось?

Его взгляд скользнул к спящему ребёнку.

— Право находиться рядом с тем, кто почему-то вам верит.

Она ничего не ответила. Не потому, что нечего было сказать. Просто в этот раз он попал точно.

Марта вывела её из комнаты боковым коридором. За дверью стояли двое стражников с чёрными плащами и серебряными застёжками. Они поклонились генералу, но на Лику посмотрели без уважения. Один — с подозрением, второй — с откровенным страхом.

Значит, так теперь будет всегда.

В коридорах храма стало оживлённее. Где-то отдавали приказы, скрипели сундуки, хлопали двери. Ночь за окнами густела, метель билась о стекло белыми ладонями. Лика шла за Мартой и пыталась запомнить дорогу, но храм оказался похож на каменный лабиринт. Каждая арка — как пасть, каждый поворот — как чужая мысль, каждая тень — как шёпот за спиной.

— Не сердите его, — вдруг сказала Марта.

Лика усмехнулась без радости.

— Сложно не сердить человека, который уже решил, что я виновата.

— Лорд Драгомир решил меньше, чем мог.

— Это должно меня успокоить?

Марта остановилась у узкой лестницы и обернулась. Впервые её лицо стало не строгим, а почти человеческим.

— Если бы он поверил Совету до конца, вы бы не вышли из ритуального зала.

Лика почувствовала неприятный холод между лопаток.

— Меня хотели убить?

— Здесь не используют таких слов.

— А что используют?

— Отречь. Очистить. Погасить связь. Вернуть роду покой.

Лика горько усмехнулась.

— В вашем мире красивые слова делают страшные вещи приличными.

Марта посмотрела на неё странно.

— Не в нашем, леди. Во всех.

На это Лика не нашла ответа.

Комнаты Элианны находились в другом крыле храма. Не спальня — временные покои, приготовленные для ритуала. На резной ширме висело несколько платьев, на столе стояла шкатулка, рядом лежали перчатки, гребни, свёрнутые ленты и маленькое зеркальце в серебряной оправе. У окна — дорожный сундук, ещё пустой.