Последняя Ветрожея - Дженнифер Адам Страница 130

Но тут завыла ещё одна Гончая, и порыв ветра всколыхнул ивовые ветви, и Брида вспомнила, как пагуба на Кленовом холме разрушила защитные амулеты Магди. Матушка Магди была сильнее любой ведуньи, знакомой Бриде, но королева Мойра была колдуньей, и её разрушительная магия смогла отравить саму землю.

И теперь Мойра собиралась использовать коней-бурь против Круга.

Брида вскочила. Она боялась, что обережные чары Магди продержатся лишь до поры до времени. Лучшее, чем она могла теперь помочь, – это освободить коней-бурь и дать ведуньям надежду противостоять силе Мойры.

Она завертелась на месте, пытаясь соотнести своё чувство направления. В какой стороне были королевские конюшни?

Вздох ветра, такой слабый, что поначалу Брида сомневалась, уж не померещился ли он ей, принёс эхо встревоженного ржания, и Брида помчалась туда. Она бежала сквозь тени, напрягая слух в страхе услышать стражников, до смерти боясь, что её поймает Королева Ворон.

Из темноты показался сарай, и девочка запнулась и остановилась; ноги горели, дыхание сбилось. Брида пригнулась и прислушалась, не донесётся ли изнутри подозрительный звук.

Не такие королевские конюшни она ожидала найти. Построенная из состарившихся под открытым небом досок и кедровой черепицы, конюшня больше походила на сарай для садовых инструментов, чем на стойло для волшебных лошадей. Но ветер пел Бриде в спину, подталкивая её вперёд и словно обещая, что это не ошибка.

Брида подкралась поближе, поднявшись на цыпочки, чтобы не хрустнуть веткой и не зашелестеть опавшими листьями. Воздух был напоен странной магией.

Ветер кружил вокруг неё, и она слышала, как лошади жуют сено, машут хвостами, топают копытами.

Брида понимала, что злоупотребляет своим везением: чем дольше она медлит, тем больше вероятность попасться. Прошептав молитву Великой Матери, она метнулась вперёд и толкнула обе деревянных двери.

Те скрипнули, но не сдвинулись. Призвав крошечную искру магии в руку, Брида направила сознание сквозь щели в дверях, пока не обнаружила засов. Быстрый поворот и толчок магией, и двери медленно распахнулись – ровно настолько, чтобы она могла проскользнуть внутрь.

Дыхание магии внутри сарая было настолько густым, что Брида привалилась к стене, чтобы перевести дух.

В воздухе пахло сеном, овсом и лошадьми и чувствовался острый привкус чего-то глубинного и дикого. Тёплый свет наполнял сарай, и сначала Брида подумала, что это фонарь, который кто-то бездумно оставил зажжённым, но затем, присмотревшись, увидела золотистую паломино, от которой и исходило гало света. Вихри энергии сметали пылинки во вьющиеся ленты, сверкающая россыпь снежинок или дождевых капель время от времени срывалась с потолка.

Увидеть коней-бурь издали было ошеломительно, а увидеть их вблизи – тем более. От них исходила такая мощь, что это пьянило.

Долгое время Брида просто глядела на них, покачиваясь с носка на пятку. Кони смотрели на неё, раздувая ноздри и взмахивая хвостами. Она с благоговением выдохнула, и они повели ушами, ловя звук.

Голубовато-чалая била в пол своего стойла, а чёрный жеребец лягал дощатую стену.

— Тише, тише, – пробормотала Брида, – или кто-нибудь услышит и придёт посмотреть, в чём дело.

Белая кобыла заржала тихо и мягко. Она вскинула голову, и порыв ветра взъерошил Бриде волосы. Он нёс боль, страх и печаль, и что-то в крови Бриды поднялось ему навстречу.