Хозяйка кондитерской - Наталья Самартцис Страница 15

— Ну ты и формалистка. Госструктура по тебе плачет, — покачала я головой. — Ладно, объясни хотя бы, как эта книга выглядит, я сама найду.

— А это запросто, — охотно закивала домовиха. — Книга такая большая, серая, с помятыми страницами. И лежит она в большой укладке, покрытой зелёным бархатом, что стоит у дальнего входа, с правой стороны.

— Ну вот, а говоришь, что нигде по дому не гуляешь, — упрекнула я её. Маленькая женщина сразу насупила носик.

— У домовых свои секреты, — буркнула она.

— Ладно, я поищу эту чёртову книгу чуть позже, сначала надо придумать, чем покормить детей. И где находится комната Мии? — произнесла я и тут увидела, что домовихи передо мной уже нет. Не было ни за моей спиной, ни где-либо поблизости. Оглянувшись, я заметила Ами, которая уже спустилась по лестнице и неуверенно, но всё-таки приближалась ко мне.

— Мам, — протянула она, не отводя от меня пристального взгляда, — а тётя Креона и дядя Дэн уже уехали?

— Да, — осторожно ответила я, выжидающе глядя на девочку. Что она могла услышать из нашего разговора с домовихой? Вдруг она услышала про моё самозванство? Вот же не вовремя-то как! Однако с другой стороны я была очень рада, что девочка сама спустилась на первый этаж и даже подошла ко мне. Я боялась даже пошевелиться, чтобы не спугнуть её. Вдруг она сейчас убежит обратно наверх?

Но мои опасения оказались беспочвенными. Девочка ящеркой прошмыгнула мимо меня к столу, где поставила пустой поднос со стаканами и тарелкой. А затем она смешно шмыгнула носом, вытерев его указательным пальцем.

— А если они уехали, — снова заговорила она, бросив на меня подозрительный взгляд, — с кем тогда ты разговариваешь?

Глава 5. Похоже, с детьми будет непросто!

Меня аж жаром обдало от её вопроса. Словно я открыла дверцу включенной духовки, и оттуда пахнуло горячим паром прямо в лицо. Неужели она слышала наш с домовихой разговор? И теперь знает, что я не её настоящая мама? Вот досада, если дети так быстро узнают правду, кто я такая на самом деле!

Только в этот момент я больше всего волновалась не о себе и своей судьбе.

Да, если меня обвинят в самозванстве, у меня могут начаться крупные проблемы и возможно, я окажусь в тюрьме.

Но что будет с детьми?

Узнав, что место их матери теперь занимает посторонняя и незнакомая им женщина, они в первую очередь испугаются. А затем, что вероятнее всего, и вовсе сбегут из дома. А что может их ждать в мире, который домовиха назвала худшим из всех возможных?

Незавидная жизнь сирот.

Голод.

Попрошайничество.

Мелкое воровство и в лучшем случае, какой-нибудь приют с такими же несчастными детьми. А в худшем случае…

А в худшем случае…

Но я тут же отогнала от себя эту мысль. Ведь богатое воображение тут же нарисовало мне несколько довольно мрачных картинок, навеянных старыми послевоенными фильмами моего мира, от которых даже слёзы на глаза навернулись. Я встряхнула головой, прогоняя эти навязчивые образы.

Нет! Не позволю! Я не хочу этим несчастным сиротам подобной судьбы!

Все силы приложу, чтобы если уж не заменить им мать, то хотя бы сделать деток счастливыми!

Поэтому я взглянула на девочку с такой нежностью, с какой только могла.

— Ты снова проголодалась, Ами? — ласково спросила я. — Подожди немного, вот мама немного разберётся с делами и приготовит вам что-нибудь вкусненькое на ужин! А завтра мы отправимся с вами в город и…