Небесный город - Критика Рао Страница 167

Ахилья сморгнула слезы, и невысказанные слова сдавили ей горло.

Она не могла осознать масштаб своей потери.

— Мы с Дхрувом, – прошептала она наконец. – Когда я начала свои экспедиции много лет назад, стала приносить Дхруву растения из джунглей в обмен на его оборудование. Ему очень хотелось создать аккумулятор. Он понимал, что это необходимо, и он – мы – поступали опрометчиво, пренебрегая правилами. Мы делали это ради места в совете, чтобы предотвратить его перевод и потерю археологии. Но теперь, мне кажется, ни он, ни я не достойны этого места.

— Ты тут ни при чем. Система создана в угоду архитекторам. Это вынуждает других действовать скрытно, – Ираван тяжело вздохнул. – Мне очень жаль, что я уничтожил эксперименты Дхрува. Как бы то ни было.

— Мы думали, что соблюдаем осторожность, – тихо сказала она. – Когда началось твое расследование, мы решили убрать спираль-траву из лаборатории, потому что ты собирался проводить его именно там. Поэтому я спрятала ее среди моих архивов. Я не думала…

— Ты не думала, что я прикоснусь к ним.

Ахилья печально покачала головой.

— У архитекторов и гелиотехнологов всегда была своя политика, – медленно произнес Ираван. – Но, по сути, мы работаем вместе, чтобы оставаться в небе и выживать. Вот почему в последние годы я настаивал на создании аккумулятора. Хотя его создание всегда было связано с риском порабощения архитекторов. Именно поэтому архитекторов в совете должно быть больше, чем гелиотехнологов. Но как сделать выбор между спасением нас самих и спасением вида? Архитектор или гелиотехнолог, совет согласился. И в этом случае единственным правильным решением мне виделся аккумулятор. Это цена выживания.

— Я должна была рассказать тебе о нашей сделке, – сказала Ахилья. – Мне казалось, что ты не поймешь.

— Полагаю, – сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее, – у нас обоих с этим проблемы.

Он выдержал ее взгляд, и Ахилья сглотнула. Слова кружились у нее в голове, почти срываясь с языка. Пальцы дернулись, и она попыталась дотянуться до него, притяжение было слишком сильным – но в этот момент у каждого тихо звякнуло кольцо гражданина. Ираван отвел взгляд, и момент был упущен. Он постучал по бусине рудракши, читая зависшее над ней сообщение. С тяжелым сердцем Ахилья повторила его действие, затем подняла глаза и увидела ироничную улыбку на его лице.

— Совет собирается на заседание, – сказал он. – Меня вызывают.

— И меня, – тихо сказала она.

— Существует только одна причина, по которой они вызывают нас обоих.

Ахилья знала, что он имеет в виду. Это означало, что на заседании будут обсуждать условия их развода. Она застыла, не в силах пошевелиться, и сердце часто-часто забилось у нее в груди, но Ираван поднялся, как будто для него это было самое обычное дело.

— Полагаю, нам пора, Ахилья, – тихо сказал он, протягивая руку. – Положим конец тому, что начали одиннадцать лет назад.

Она долго смотрела на него. Затем вложила свою руку в его, и он помог ей подняться. Ираван отвернулся, челюсти у него напряглись, когда он разжал пальцы. Ахилья последовала за ним, все еще ощущая его прикосновение на своей коже.

33. Ираван

Как только они вышли из санктума, Ираван создал лифт, который доставил их с Ахильей на верхние уровни храма, в палату совета. С момента получения вызова Ахилья не произнесла ни слова. Она стояла рядом с мужем, склонив голову и обхватив себя руками, сжимавшими шаль.