Небесный город - Критика Рао Страница 168

Ираваном овладело странное возбуждение. В мыслях он находился на вершине огромной горы, стоял на самом краю пропасти, готовясь броситься в бездну. Перед мысленным взором снова забрезжило два пути, которые так долго его преследовали. И сейчас он собирался сделать это – ступить на второй путь, где не будет оков ашрама. Ему хотелось получше разглядеть этот путь во всех подробностях. Он так долго его игнорировал. Больше не будет.

В центре лба у него, намекая на свое присутствие, что-то горело. Оно возникло в тот момент, когда Ахилья швырнула в Иравана подаренный им браслет с бусиной рудракши. И теперь Ираван узнал, что это. Резонанс. Он глубоко вздохнул, сжимая и разжимая кулаки. Он потерял все: Ахилью, Бхарави, брак и положение – но с появлением переливавшейся серебром частицы чувствовал, как в нем растет чувство свободы. Он не траектировал и не входил в Момент, но Резонанс ждал. И ему захотелось поскорее покончить со всеми формальностями.

— Чего мне следует ждать? – тихо спросила Ахилья.

Он взглянул на нее.

— Кто бы ни получил наши документы в совете, они попытаются отговорить нас от этого. Обычно назначают период раздельного проживания, но в нашем случае могут отказаться от этого – учитывая, как мало времени мы провели вместе за последние несколько месяцев. Учитывая, что с недавних пор у нас нет интимных отношений.

У Ахильи из горла вырвался сдавленный звук, нечто среднее между смехом и рыданием.

— А то, что советник, в отношении которого проводят разбирательство, консультирует свою супругу, тоже обычно?

— Нет, – сказал он. – Но ты спросила, и я знаю ответ, поэтому могу тебе сказать. Развод на таком уровне – после стольких лет брака – это нелегко. Архитекторы женятся на всю жизнь. Наш развод станет плохим сигналом. Единственный способ преодолеть аргументы советников – быть уверенными, что мы хотим именно этого.

— А ты хочешьименно этого, Ираван? – прошептала Ахилья, кутаясь в шаль и не глядя на него.

Глаза Иравана в шоке расширились. Ясность, с которой он видел второй путь, подернулась рябью.

Он повернулся к ней лицом.

— А ты разве нет? – начал он, но стена их лифта со скрипом открылась.

Перед ними стояла Старший гелиотехнолог Киана, без сомнения, представляя совет, чтобы встретить их и сопроводить на заседание. Ираван замолчал, мысли у него путались.

— Пойдемте со мной, – коротко сказала Киана.

Ираван и Ахилья обменялись встревоженными взглядами, и этот едва уловимый признак общего чувства локтя и поддержки застал их врасплох так же сильно, как и ее вопрос. Она пристально смотрела на него, и в этом взгляде он уловил и вину, и горе, иярость. Ахилья оторвала от него взгляд и последовала за Кианой. Ираван понял, что тоже идет.

— Куда мы направляемся, Киана? – спросил он хриплым голосом.

— В палаты совета – все ждут.

— Все? – прошептала Ахилья.

— Собираетесь поиграть в посредников? – одновременно с ней мрачно произнес он.

Он схватил Старшего гелиотехнолога за руку и развернул ее.

— Мы не дети, Киана. Вам не нужно устраивать из этого спектакль. Покончи с этим здесь и сейчас и отпусти нас обоих с миром. У тебя, как у советника, есть все полномочия.

Киана пристально посмотрела на него.

— Ты имеешь в виду развод? Ты подписал бумаги. Ноты, – сказала она, пристально глядя на Ахилью, – этого не сделала.