Сколько волка ни корми - Карина Володина Страница 169

— Нерев, – шипит Верен.

— Что? Нет, подожди, Верен, мне просто любопытно. Должны мы старшего нашего, получается, просто к двери этой подвести, чтобы открыть ты её нам позволил? В чём вопрос, Бушуй – давно уж старший наш не понимает, что здесь происходит. Вот и поговоришь с ним, может?

Ловит Вран взгляд Бушуя закипающего, дверь на себя дёргая, – и лишь сильнее ухмыляется. Закономерное восстание недовольных – игрался Бушуй в главу землянки своей затхлой, да доигрался. Может, когда утром Вран вернётся, и не будет уже на него ограничений никаких наложено – Нерев долго терпеть может, но как переполнится чаша терпения его…

— И что, неужто Лесьяра… – довольно начинает Вран, по ступенькам земляным легко взбежав – но осекается.

Баю по-прежнему не видно.

Нет, только не это, мелькает в голове мысль испуганная, заполошная.

Не заходил, не ступал же Чомор с шутками своими злыми на землю дома лютьего, никогда из леса не выходил – да и в лесу к Врану не совался, будто и забыл о нём. Смотрит на Врана болото ночное равнодушно, вздыхает лес шелестом далёких листьев, тянется Вран к поясу, пряжку с хвостом волчьим в пальцах сжимая. Вряд ли поможет ему пряжка эта – вряд ли хоть что-то ему поможет, коли и до болот Чомор добрался, но…

— Да, конечно, не знает она, – насмешливо Бая за его спиной фыркает. – Но и я мать свою знаю – как же может она волку молодому, только на ноги встающему, в учёбе отказать?

Разворачивается Вран, всё ещё за пояс держась.

И спрыгивает Бая с насыпи земляной, перед ним птицей бело-коричневой на четыре конечности ловко приземляясь.

Выдыхает Вран с облегчением – надеется, что и не уловит Бая облегчения этого.

Не улавливает.

А вот Вран кое-что необычное в ней замечает.

Нет, не безразличное и строгое лицо её. Нет, не смотрят её глаза будто и на Врана – а будто и сквозь него. Нет, не красная её рубаха.

А вот то, что ниже рубахи…

Хочется Врану проморгаться.

— Что такое, красавец? – невозмутимо Бая спрашивает, выпрямляясь – и подол юбки своей кожаной отряхивая. – Не хочешь ты учиться?

Юбки.

Кожаной.

Длинной-длинной, едва носки сапог Баиных из-под неё выглядывают. Того же цвета, что и штаны её обычные кожаные – не носят лютицы юбок, ни одну из них Вран в юбке или в платье никогда не видел.

А вот Баю увидел.

— Откуда?.. – растерянно он спрашивает.

И чудная на вид эта юбка – мало того что из кожи, так ещё и покрой такой… словно сшита не по умению, годами отточенному, а по описанию примерному. Обычно-то девки распашные понёвы поверх рубах повязывали, и спускались те лоскутами пёстрыми, разрезанными до пят – а эта и цельная, и не под поясом Баиным сидит, а чуть ниже, там, где живот двумя косточками слева и справа заканчивается.

— А что? – улыбается Бая. – Такой выбор большой у тебя, красавец? Думаешь, к деревенским я сходила, их пошить попросила?

— Зима пошила?.. – ползут брови вверх у Врана.

Вот это забава судьбы. Врану даже жаль Зиму на мгновение становится: вот так делай одежду для племени, чтобы однажды к тебе дочь главы пришла да неведомо что от тебя потребовала – да ещё и для того, чтобы перед тем, к кому ты неравнодушна, покрасоваться.

Но довольно быстро у Врана все мысли о Зиме из головы вылетают. Улыбается Бая ещё шире, ещё лукавее, несколько шагов от него делает.