Вдова драконьего генерала. Лекарка для его наследника - Диана Фурсова Страница 18

— А если приказов нет?

— Тогда исполняет правила.

— Удобный дом.

— Древний, леди.

В его голосе прозвучал лёгкий укор, будто она оскорбила не стены, а живого старика.

Лика не стала спорить. Её сил хватало только на то, чтобы идти ровно, не показывать, как сильно болит спина после дороги, и запоминать всё, что может оказаться важным. Главная лестница уводила в верхние крылья. По правой галерее, куда понесли Ардена, тянулся ряд узких окон с витражами в виде золотых крыльев. Западное крыло, куда вели её, находилось ниже и дальше, за двумя поворотами и тяжёлой дверью с чёрной железной накладкой.

Ключ повернулся в замке с глухим щелчком.

Лика остановилась.

— Дверь будет запираться?

Север наконец посмотрел на неё прямо.

— На ночь.

— Снаружи?

— Для вашей безопасности.

Лика медленно перевела взгляд на Марту. Та отвела глаза.

— Конечно, — сказала Лика. — Здесь все страшные вещи называют безопасностью.

Управляющий ничего не ответил и распахнул дверь.

Комнаты действительно были готовы. Даже слишком готовы — как место, куда не заселяют, а помещают. Небольшая гостиная с камином, спальня, умывальная, узкая гардеробная. На окнах тяжёлые портьеры, у дверей — свежие свечи, на столе — кувшин с водой, чашка, чистые полотенца, стопка белья. Всё аккуратно, холодно и безлико. Ни одной вещи, которая могла бы принадлежать Элианне. Ни дневника, ни шкатулки, ни дорожного сундука.

— Где мои вещи? — спросила Лика.

— Их принесут после проверки, — ответил Север.

— Проверки кем?

— Замком.

Она не сразу поняла.

— Вы хотите сказать, слугами?

— Я сказал то, что сказал.

Марта быстро вмешалась:

— В Северном замке старые защитные печати. Все вещи, привезённые извне, проходят через нижнюю галерею. Это обычай.

Лика посмотрела на неё внимательно. Марта говорила правду, но не всю. Это она уже начала различать. В этом мире полуправда была у всех вместо нормального дыхания.

— Дневник тоже? — спросила она.

Марта вздрогнула едва заметно.

Север не изменился в лице.

— Все вещи, леди.

Значит, дневник Элианны уже не у неё. Первый возможный источник ответов ушёл в чужие руки. Отлично. Просто прекрасно.

— Я хочу присутствовать при проверке.

— Невозможно.

— Почему?

— Потому что вам запрещено покидать западное крыло без разрешения лорда Драгомира.

Лика сделала шаг ближе к управляющему. Он был выше, старше и явно привык, что спорить с ним бессмысленно. Но она устала быть посылкой, которую переносят из экипажа в комнату, из комнаты в приговор, из приговора в замок.

— Тогда передайте лорду Драгомиру, что я прошу разрешения присутствовать при проверке собственных вещей.

— Передам, если сочту просьбу уместной.

— Нет. Передадите дословно.

Марта шумно вдохнула. Север впервые за всё время посмотрел на Лику не как на обязанность, а как на неприятную неожиданность.

— Леди Элианна, ваше положение в этом доме не позволяет вам отдавать распоряжения.

Имя снова сжало горло. Лика удержала лицо спокойным.

— Моё положение в этом доме, как мне объяснили, неопределённое. Я вдова при живом муже, угроза и одновременно необходимая часть странной связи с наследником. Раз уж все вокруг так старательно не понимают, кто я, мне придётся самой следить за тем малым, что у меня осталось.

Север молчал несколько секунд.

— Я передам, что вы беспокоитесь о вещах.