Сколько волка ни корми - Карина Володина Страница 182

О нет. Вот это не к добру.

Хотя…

— Идите, идите, – быстро Вран Горану с Зораном и Нереву говорит, останавливаясь. – Я потом к вам подойду. Попозже.

— Я думал, не Зима мысли твои занимает, – замечает Нерев.

— Из-за неё ты, что ли, на месте торчать собираешься? – спрашивает и Горан озадаченно. – Из-за Зимки? Да ты глянь, Вран – Бая на тебя смотрит.

— Да, глаз не сводит, – поддакивает ему Зоран. – Чегой-то ты…

— Ничегой-то, – огрызается Вран. – Я же сказал: идите. Ну? С Зимой со мной постоять решили?

— Ну Зима – это ничего так, – признаёт Зоран.

— Да, очень даже ничего. Я бы даже сказал…

— Ну вот подождите немного – и сами ей всё скажете. Нерев, уведи их, леса ради.

— Хорошо, – пожимает плечами Нерев. – Как скажешь, Вран.

Переглядываются Горан с Зораном – но с послушным гоготом вперёд трогаются, когда Нерев грубо их в спины подталкивает.

Очень даже хорошо, что Зима уверенно к нему с русалками направилась – не придётся Врану отношение к себе нечисток на глазах у всех лютов проверять. Сейчас с помощью этих русалок он во всём и убедится.

И стоит Вран там, где стоял, и приближается к нему Зима воодушевлённая, внимания даже на Горана с Зораном, сально ей склабящихся, не обращающая, не то что на русалок своих – а стоило бы. С каждым шагом её всё испуганнее они на Врана таращатся. С каждым новым сокращающимся хвостом волчьим всё яснее Врану становится, что вряд ли ему сегодня удастся у костра с Баей посидеть.

— Вран! – весело Зима говорит, уж совсем близко к нему подходя. – Наконец-то! Уже целый час прошёл – что вы там в доме стариковском делали? Уж думала я, вообще ты не придёшь!

— Да Горан с Зораном… – начинает Вран, не на Зиму – на русалок глядя.

— Ох, хозяюшка, смилуйся, – выдыхает одна из них.

Те самые это русалки, которые гребешками своими несуществующими Врана донимали. Только совсем они что-то теперь, похоже, в игры свои с ним играть не хотят.

— Ох, хозяюшка, отвадь, – лопочет и вторая. – Ох, не знали мы, с кем связались – ох, по незнанию мы с ним водились, ох, не сердись на нас, не по своей воле мы с ним сейчас…

— Что?.. – моргает Зима.

И видит Вран, что всё ещё смотрит на него Бая. И прекращается танец её с водяным причудливый – и хмурится водяной, тоже на Врана глядя, и наклоняется к уху Баиному, что-то шептать в него начиная…

Понятно.

— Да Горана с Зораном я, говорю, провожал, – быстро Вран говорит, на Зиму взгляд переводя. – И Нерева. Ты… права ты, Зима – не хочу я что-то в празднике этом участвовать.

— Что?.. – растерянно Зима повторяет, на глазах сникая. – Но, Вран…

— Да ты не волнуйся, мил…

Протягивает Вран руку, чтобы по плечу её ободряюще похлопать – но искажаются вдруг лица русалок в таком ужасе смертельном, словно ножом он к их шеям потянулся.

— Не кради! – взвизгивает истошно одна, от него отшатываясь.

— Не забирай! – вопит вторая, в другую сторону Зиму, всё ещё под локти их держащую, дёргая.

— Не нужно тебе наше, уже взял ты чужое!

— Больше не поместится, не поместится, не поместится!

— Хозяюшка, помоги!

— Хозяюшка, защити!

Вырываются русалки из рук Зимы ошеломлённой – и к костру бросаются, продолжая визжать на всю округу.

Ловит Вран не один, не два – несколько десятков взглядов недоумевающих.

— До завтра, Зима, – торопливо говорит он, разворачиваясь – чтобы самого главного взгляда, Баиного, не видеть. – Повеселись здесь за меня.