Вопреки всему. Том 1 - Владимир Сухинин Страница 195

— Он будет строить свою гору у подножия нашей, он хороший, – ответила гномка.

— А дай мне подержать малыша, – неуверенно попросила Лирда.

— На, – протянула ей ребенка гномка, – только не урони.

— Стой, – остановила ее рассерженная Ганга. – Сначала я. Я рожать буду следующей, потом Чернушка, потом Тора, а потом уже ты, Лирда.

— Раз я самая младшая, – расплакалась Лирда, – то мной можно помыкать? Может, полы заставите мыть?

Гномка неодобрительно посмотрела на Гангу:

— Ты чего раскомандовалась, Ганга? Ты не старшая жена. Я старшая жена, и хватит одергивать девочку. Вот, возьми ребеночка. – Гномка протянула плачущей лесной эльфарке сына. Та бережно взяла, она перестала плакать, ее глаза засветились радостью, и она стала с ним сюсюкать.

Ганга недовольно скривилась, но не стала спорить, лишь заметила:

— Он так вырастет избалованным слизняком. Мы его затискаем.

— Не вырастет, – ответила гномка. – Подрастет и уедет в Нехейские горы к деду. Будет жить и воспитываться как его отец.

— Правда, – воскликнули остальные жены.

— Это ты здорово придумала, – довольно произнесла Ганга. – А потом поживет в степи…

— А потом в Снежных горах… – воскликнула Тора.

— А потом в…

— Что ему делать в Тох Рангоре? Там только куры и утки, – обмолвилась растерянно Лирда.

— В гости приедет, нашлась Чернушка…

* * *

Земля. Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика, город Нижний Тагил

После обеда в колонии начался переполох. Меня отправили в клуб к замполиту. Там собрался наш самодеятельный коллектив. Оказывается, что сюда, в Нижний Тагил, едет первый заместитель министра внутренних дел Чурбанов и может посетить колонию для осужденных сотрудников внутренних дел. Нам нужно было подготовить концерт, и для этого начальник колонии хотел услышать весь репертуар. Ранее он провел совещание с руководящими сотрудниками администрации колонии.

В кабинете начальника колонии собрался весь руководящий состав, решали, что предпринять для встречи высокой комиссии. Каждый докладывал о том, что сделано и что нужно для решения насущных вопросов. Когда все было обговорено, начальник колонии вздохнул и произнес:

— Все это хорошо, товарищи, мы готовимся и, думаю, не оплошаем, но мне птичка весточку принесла, что председатель комиссии – любитель бардовских песен. Что у нас с культпросветом?

Замполит полистал блокнот.

— Бардовских песен у нас нет, товарищ полковник, мы готовим концерт патриотических песен.

— А кто исполнитель? – спросил полковник.

— Заключенный Глухов.

— И что будет петь?

— Э-э-э, репертуар я вам представлял три дня назад, товарищ полковник.

— Я его видел, неплохо, но нам нужна дополнительно бардовская тематика, товарищи… Сами понимаете, подмазать надо.

— Разрешите, товарищ полковник, – подняла руку начмед. – Санитар Глухов из осужденных сочиняет песни, и они годятся для бардовской тематики. Я их слышала, когда он лежал в лазарете и пел под гитару.

— А откуда у него гитара? – спросил начальник колонии.

— Я дала, нужно было выводить больного из депрессивного состояния…

— Ладно, надо послушать этого барда. Замполит, организуй вечером прослушивание.

Вечером перед ужином нас, небольшой ансамбль колонии, собрали в клубе. Светлана предупредила, что нужно будет исполнить «Печаль-тоску». Глава комиссии из Москвы – любитель бардовских песен. Начальник колонии будет присутствовать на прослушивании.