Вопреки всему. Том 1 - Владимир Сухинин Страница 196

— Не оплошай, мой дорогой, – волнуясь, проговорила она, поправляя мне ворот арестантской робы.

Мы не репетировали эту песню и не знали нот. Быстро наиграв мелодию на гитаре, мы за час смогли сыграться и подготовиться к выступлению.

Начальник колонии сел в первый ряд, за ним расположилось все руководство. Замполит, волнуясь, встал за нашими спинами и скомандовал:

— Начали. – Мы, тоже волнуясь, заиграли.

Я пел и смотрел, как менялось лицо полковника: сначала от удивленного, потом на сумрачный вид. Когда мы закончили, он встал и начал ходить вдоль сцены. Он молчал, мы ждали.

— Песня неплохая, – начал он свою речь, – но почему такая печальная? Надо какую-то такую, – он повертел кистью в воздухе, – туристическую, задорную, а то печаль-тоска, понимаешь.

— А какая песня может быть у осужденного в колонии? – спросила Светлана. – Они не в театре и не в отпуске. Как чувствуют, так и поют.

— Плохо чувствуют, хотя поют неплохо, – резюмировал полковник. – Не знаю, как отнесется к песне тот, кто будет возглавлять комиссию, надо что-то повеселее, позадорнее. – Он посмотрел на меня: – Сумеешь придумать? – спросил он.

— Нет, – ответил я, – что чувствую, гражданин полковник, то и пою, вдохновению не прикажешь.

— Как это не прикажешь! Партия сказала надо, комсомол ответил есть. Ты слышал такие слова? – Он потряс большими кулаками.

— Слышал, гражданин полковник. Это на свободе, а тут что можем, то и поем. Дайте песню, какую посчитаете нужной, и мы ее споем.

— Дайте, – проворчал полковник, – дармоеды. Все бы вам дать и в рот положить. Замполит, ищи новую песню. Барды есть – Танич, например, пишет хорошие песни…

— Песни Танича все поют, товарищ полковник, – заступился за нас замполит. – А песня должна быть такой… она должна напомнить сидящим тут осужденным, что они совершили преступление, за которое несут заслуженное наказание. Какое тут веселье. И Танича не жалуют в ЦК.

— Да-а? – задумался «полкан» и обронил: – Может, ты прав, я уточню по своим каналам, какие песни он любит. Но все же ты подстрахуйся, и пусть разучат что-нибудь эдакое, но не такое печальное, – и, напевая вслух «Эх, печаль-тоска, ночная гостья», покинул клуб.

С этого дня у меня в колонии началась совсем иная жизнь…

Конец

Август 2025 г.