Сделка с драконом. Мачеха поневоле - Дита Терми,Эя Фаль Страница 2

Но Ирма… это имя было знакомо. Оно крутилось на языке, потому что это было имя героини рукописи, которую я читала вчера вечером, перед тем как выпить чай со снотворным и провалиться в сон.

Сюжет назывался «Ледяное сердце дракона».

Шедевр клише.

Злая мачеха Ирма выходит замуж за вдовца-дракона, чтобы завладеть его богатством, мучает его пятилетнюю дочь и в итоге получает по заслугам. Я пометила в плане романа: «Персонаж Ирмы плоский, мотивация отсутствует, рекомендую автору добавить предысторию, чтобы объяснить жестокость».

И вот теперь я сидела… Я быстро огляделась, подтверждая свою догадку. Да, я сидела в карете, в теле этой самой плоской стервы, и смотрела на дракона.

Божечки. Дракон.

Настоящий, живой, четырёхсотлетний дракон, который сидит от меня на расстоянии вытянутой руки и смотрит так, будто я – пустое место. Или хуже – досадное недоразумение, которое он обязан терпеть по каким-то своим драконьим причинам.

А я… злая мачеха, которая закончит жизнь в изгнании и умрёт в одиночестве, никому ненужная и больная.

— Ирма? – снова позвал он, и в голосе мелькнула тень раздражения.

— Я… – Мой голос… боже, это был не мой голос. Низкий, мурлыкающий, с ленцой. Голос женщины, которая привыкла получать всё, что захочет. – Воды, – выдавила я первое, что пришло в голову. – Можно воды?

Лорд Кайлэн (ну вот, вспомнилось, и ведь правда же лорд) протянул мне флягу. Его пальцы на мгновение коснулись моих. Они были ледяными. Я вздрогнула от холода, но ещё сильнее – от прикосновения. Этот холод был странным. Не отталкивающим, а наоборот – притягивающим. Мне вдруг захотелось не отдёрнуть руку, а задержать его пальцы в своих, согреть их, почувствовать, как этот лёд тает под моим теплом.

Я мысленно отвесила себе пощёчину.

Соберись, Ира! Это не любовный роман, это твоя жизнь! Или смерть.

Я сделала глоток. Вода была чистой и такой холодной, будто я кусок льда проглотила. Но в этом холоде чувствовалась какая-то странная чистота, словно я пила не воду, а саму суть этого сурового северного мира.

— Скоро будем на месте, – сказал дракон, отворачиваясь к окну, за которым мелькали серые скалы и чахлые сосны. – Айлин ждет.

Айлин. Девочка. Падчерица. Главная жертва.

Я смотрела на его профиль – этот идеальный, вырезанный из мрамора профиль – и чувствовала, как страх борется во мне с каким-то совершенно неуместным, иррациональным восхищением. В нём было что-то такое, что невозможно было игнорировать. Какая-то древняя, пугающая и одновременно завораживающая сила. Аура хищника, который может уничтожить одним движением, но который почему-то этого не делает. Пока не делает.

Я сделала ещё глоток, пытаясь успокоить панику. Паника была дикой, звериной, она рвала грудную клетку изнутри.

Это сон. Это просто очень реалистичный сон, потому что я начиталась перед сном всякой ерунды. Ирма, Кайлен, Айрин… Это не может быть правдой. Так не бывает! Люди не попадают в книги!

Сейчас я проснусь в своей однушке, с больной головой и буду пить кофе, проклиная свою работу.

Я ущипнула себя за ногу (за эту точеную, длинную ногу в шёлковых чулках) так сильно, что на глазах выступили слёзы, а на нежной коже проступили красные пятна.

Не помогло.

Карета продолжала трястись. Лорд Кайлэн продолжал излучать космический холод, а за окном не было ни огней большого города, ни привычных высоток – только бескрайняя, серая, неуютная равнина под низким небом.