Курс на СССР: Переписать жизнь заново! - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 21

Ну, что, Александр Матвеевич? Взяли! Понесли. Так, так — осторожней! А то и впрямь, будет, как в кино — «Этот Василий Алибабаевич, этот нехороший человек…»

Вспомнив фильм, я невольно засмеялся, и даже как-то незаметно начал насвистывать прилипчивый популярный мотив:

— Один московский кент… по имени Доцент…

— Ого! Тут прямо клуб и художественная самодеятельность! — сверху, через вентиляционное окошко, донесся уверенный бас. — Людмила Ивановна! Это кто у тебя там с батареями? На Петровича вроде бы не похож. У того отродясь слуха не было! Людмила Ивановна! Как там у нас с бумагой на следующий тираж, в типографию привезли? Людмила Ивановна-а! Да где хоть вас всех носит, е-мое! Э-эй! Сереж! Людмилу Ивановну, случайно, не видел? В кабинете, со сметами? Как закончит, пусть ко мне зайдет…

Оп-па! Еще одна секция. Побольше, потяжелее. Сразу еще один фильм вспомнился — «Операция Ы». Там, где про стройку, с Шуриком и Верзилой…

Хорошо, халат выдали. И рукавицы! А то как бы домой потом заявился? Одежда-то чистая… была… Ага! Вот, пожалуйста — брюки уже в ржавой пылище! Еще хорошо, что черные — не так заметно. Хотя, все равно заметно, да… Застирать потом, что ли?

Жарко.

Пот по лбу, по спине.

Устал.

Закрутился уже, как волчок…

Так… уже не так и много осталось!

— Люблю волчок, забаву детства!

Всего-то ничего…

Его вращенье — чародейство!

Хорошая все-таки группа «Круиз». Не какой-нибудь там ВИА!

Черт!

Уронил все-таки… Василий, блин, Алибабаевич, нехороший человек! Хорошо, не на ногу.

— Эй, ты что там звенишь? — в подвал, одергивая синий рабочий халат, спустилась Людмила Ивановна. — Ого! Уже перетаскал, что ли? Ну-у, молодец! Тебя как звать-то, запамятовала?

— Александр! Саша, — напомнил я со всей возможной любезностью.

Завхоз рассмеялась, колыхаясь всем своим кругленьким телом:

— Ну, что, Александр-Саша… Пошли чай пить — заслужил!

Увы, чаю попить не удалось.

В уборной, у раковины, перехватил высокий растрепанный парень в голубых вельветовых джинсах «Риорда». Сергей, кажется.

— А, вот ты где! Тебя в отдел кадров требуют.

— В отдел… кадров?

— Ну, в канцелярию… Тут, на первом…

— Сашка, да где ты там? — это уже кричала Людмила Ивановна.

— Я тут, — ответил я. — Иду, сейчас буду. Ставьте чайник.

— Да какой чайник? — отмахнулась она. — Беги скорее в отдел кадров. Тебя там Горгона спрашивает. Злая, как черт.

Глава 5

Честно говоря, я растерялся и тут же обрадовался. Наверное, все же оформят. Пусть на первых порах даже и грузчиком. Главное, зацепиться. И с Сергеем этим неплохо бы задружиться, все же журналист.

— Меня Сашей зовут…

— Сергей, Плотников, — парень улыбнулся. — Ладно, иди. Потом поболтаем. Мне еще статью писать… Ох!

— Сложно? — я все же не выдержал, проявил сочувствие, слишком уж озабоченным выглядел новый знакомец, словно загнанная лошадь.

— Сложно? — удивился Плотников моему вопросу. — Да смотря что… Я ведь репортер, очерками мало занимался. Репортажи — мое! А вот все прочее…

Очерки, репортаж — это все для меня звучало пока, как что-то инопланетное. Журналистика двадцать первого века все-таки разительно отличалась и стилем, и подачей информации, и видом.

— Ну, ты иди, иди — Сергей поторопил меня, передернув плечами. — Горгона ждать не любит!

— Горгона?

— Вообще-то она Ронькина Надежда Абрамовна. Документовед и ответственная за кадры, — он загадочно улыбнулся и подмигнул. — А почему Горгоной прозвали, сам скоро поймешь. Ладно, ни пуха!