Земский докторъ. Том 4. Смутные дни - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 21

— Анна Львовна… жиличка…

— Там! Наверху. Лучшую комнату ей выделил. Все — согласно мандата…

Наверху…

Несмотря на мешавший граммофон, доктор в три прыжка преодолел лестницу… Толкнул приоткрытую дверь…

— Можно?

Анна Львовна разбирала вещи… Обернулась…

— Да-да, входите…

Дивные глаза ее вдруг вспыхнули бирюзой:

— Иван!

Поспешно поставив граммофон на пол, Иван Палыч распахнул объятия…

— Как же я… а ты…

— Я тоже… но… дела… дела… Навалились, как проклятые! Ты знаешь, как тут большинство женщин живут? Это «Домострой» какой-то! Ничего, мы их в цивилизации вернем…

Кто-то осторожно постучал в дверь… Феклистов! С никелированным кофейником!

— У нас тут чаек готов… Сушки я велю принести. Сыщется и немного вина… Будете?

Ну, а что ж?

— А помнишь, как мы слушали граммофон? Танцевали… Давай?

— Я не против…

Поставив пластинку, Иван Палыч опустил иглу.

— Мы бы-ыли молоды с тобой… — низким голосом запела Варвара Панина.

Обнимая, Иван Палыч поцеловал Аннушку в губы, чувствуя, как затрепетало все ее тело.

Какие тугие застежки… Да, наконец…

Шурша, сползло на пол платье…

— Мы бы-ыли молоды с тобой… Бы-ыли… Бы-ыли… Бы-ыли… — пластинку заело, но, никто не замечал…

* * *

С утра Иван Палыч выехал в дальнюю деревню Ключ. По-морозцу, да и светало нынче не так уж и поздно — весна, апрель скоро.

Что там у них за «Infectio mortifera»? Обычная дизентерия? Или что похуже — холера, тиф? Во всем этом предстояло разобраться… Но, сначала — добраться, что тоже — тот еще квест! Сначала — лед, потом — грязь да лужи…

Свернув на лесную дорожку, доктор сбросил скорость… И вдруг услышал выстрелы!

Впереди, на растопленной весенним солнцем полянке, гарцевали незнакомые парни на сытых конях! С полдюжины человек в папахах и в куртках из «чертовой кожи».

Полдюжины… И все — вооружены. Выход тут — только один…

Резко развернув «Дукс», Иван Палыч газанул с проворотом колес и тут же помчался обратно. Над головой просвистели пули…

Глава 5

Оторваться от преследователей удалось довольно быстро — стало сразу понятно, что догнать мотоцикл не было целью этих лихих парней. Так, пугнули, чтобы не совался куда не следует.

«А куда я собственно сунулся?» — подумал доктор, выворачивая на дорогу. Место вполне обычное, дорога на Ключ. Может, какие-то уголовники прячутся?

Нужно с этим разобраться. И желательно быстрей. К Гробовскому заскочить? Нет. Потом, позже. Таких лихих сорвиголов с большой дороги сейчас много развелось. С каждым разбираться — жизни не хватит. Сейчас нужно в Ключ. Все-таки и основными своими делами необходимо заниматься. А судя по странной надписи на бумагах, которые передал Чарушин, дела там смертно опасны!

Иван Павлович улыбнулся. Он успел ознакомиться с отчетом, который составил какой-то фельдшер, осматривая пациентов в Ключе. Парень оказался молод и неопытен. Стандартную дизентерию принял за страшную эпидемию смертельной болезни. Впрочем, пренебрегать даже такими отчетами нельзя. Написано — значит нужно проверить.

До Ключа добраться удалось другой дорогой. Встретил староста — Прохор Семёнович, мужик лет пятидесяти, коренастый, с широкими плечами и густой бородой, тронутой сединой. Его лицо, обветренное и красное от мартовского ветра, покрывали глубокие морщины, а глаза, серые и цепкие, смотрели на доктора настороженно.