Развод с ледяным драконом. Аптека опальной попаданки - Лилия Тимолаева Страница 22

— Смелая.

— Или глупая, — сказал второй.

— Где нашли? — сержант кивнул на полку.

— Там лежало, — стражник ткнул пальцем.

Я заметила одну мелочь, от которой у меня внутри стало ещё холоднее: полка была вытерта. Не вся — только кусок, где лежал мешочек. Как будто кто-то специально поставил его на чистое место, чтобы его точно увидели.

— Значит, “подкинули”, — протянул сержант, но в голосе уже не было иронии. Было решение. — Вещдок изымаем. Лавку закрываем на время проверки. И… — он поднял взгляд на меня, — вы пойдёте с нами.

— Я никуда не пойду, пока в доме… — я прикусила язык, но было поздно.

Сержант заметил.

— Пока в доме что?

— Пока в доме печь горит, — выкрутилась я, — и вода на плите. Я не собираюсь сжечь своё имущество.

— Тушите, — бросил он. — Быстро.

Один из стражников двинулся к кухне.

Я шагнула ему наперерез.

— Не туда.

— Это жилые помещения, — сказал сержант. — Они тоже подлежат осмотру.

— Там нечего смотреть, — сказала я, и голос сорвался на полтона.

Сержант наклонил голову.

— Миледи, — произнёс он почти спокойно, — либо вы отойдёте, либо мы отойдём вас.

Я стояла. Плечи каменные. И вдруг услышала — тихо, тонко — кашель. Из кухни. Рин не выдержал.

Стражник уже смотрел туда.

— Там кто-то есть, — сказал он.

— Нет, — сказала я.

— Есть, — сказал он и потянулся к дверце.

Сержант поднял ладонь, останавливая, и сам шагнул к кухне.

— Вы не одна, миледи?

Я знала, что сейчас всё рухнет. И всё же попыталась сделать последний ход.

— Если вы ищете реагент, — сказала я быстро, — он уже у вас. Всё. Уходите.

— Мы ищем не только порошок, — ответил сержант и толкнул дверь.

Кухня встретила его теплом печи и запахом каши. И маленькой фигурой у стены.

Рин стоял, прижавшись к столу, как загнанный зверёк. Повязка на запястье была чуть сползла. Я увидела краешек метки — белый, ледяной.

— Кто это? — сержант произнёс вопрос не громко, но так, что воздух в кухне стал холоднее.

— Мой помощник, — сказала я. — Мальчишка из порта. Я взяла его… за еду.

Рин поднял на меня взгляд. В нём было столько доверия, что мне стало больно.

— Имя? — сержант спросил у него.

Рин молчал.

— Имя! — рявкнул второй стражник.

Рин вздрогнул.

— Рин, — сказал он тихо, словно отдавал последнюю монету.

Сержант посмотрел на его руку.

— Что у тебя на запястье?

Рин инстинктивно спрятал руку за спину.

Я шагнула ближе.

— Ожог, — сказала я. — Портовые канаты жгут кожу, если тянуть без перчаток.

— Ожог, — повторил сержант и протянул руку к Рину.

Я поймала его запястье.

— Не трогайте ребёнка, — сказала я холодно. — У вас нет на это права.

На секунду в кухне стало совсем тихо. Даже печь перестала трещать.

Сержант медленно посмотрел на мою руку на своём запястье, затем на моё лицо.

— Миледи, — сказал он тихо, — вы сейчас делаете себе хуже.

— Я уже разведенна, — сказала я. — Хуже? Это смешно.

Он резко вырвал руку и кивнул своим.

— Забираем. Обоих.

— Рина — нет! — вырвалось у меня.

— Рина — да, — отрезал сержант. — В канцелярии проверят, кто он. Без регистрации — он бродяга. А бродяг у нас… — он помолчал, — иногда возвращают туда, откуда они сбежали.

Рин побледнел.

Я поняла, что если сейчас начну кричать, они только сильнее нажмут. Мне нужно было удержать хотя бы контроль над тем, что будет дальше.

— Я пойду с вами, — сказала я быстро. — Но ребёнок остаётся здесь. Он болен.