Курс на СССР: На первую полосу! - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 22

— Да нет, — я хмыкнул. — Гопники из подворотни газет не читают. Да и фарца тоже.

— Согласен! — коротко кивнул Сидорин. — Еще!

— «Новый Левиафан из стекла и бетона» — процитировал я. — Обычный человек так не напишет. Автор поэт! И, конечно, непризнанный. Иначе откуда такая обида на советский строй?

— В яблочко! — лейтенант хлопнул в ладоши. — Что-нибудь еще?

— Книга напечатана… Есть доступ к типографии, к шрифтам?

— Там такой бардак, что у каждого есть доступ! — неожиданно рассмеялся Андрей. Но, мы конечно, найдем… И автора, и распространителей… И читателей! Что ж, Александр, спасибо за помощь… Сейчас пропуск подпишу… Кстати, там мои телефоны. Служебный и домашний. Если что, звони в любое время!

* * *

Сразу после работы я отправился в заброшенный парк на Пролетарской, место тусовки Метели, Леннона и всех таких прочих. Сердце мое кипело, кулаки сжимались словно сами собою.

Ну, Виталик, диссидент чертов! Ну и читал бы свою антисоветчину сам, хоть зачитался бы! Зачем других подставлять?

Я нарочно явился пораньше, и застал пока лишь двоих. Патлатого паренька лет пятнадцати в стареньких латаных-перелатанных «Ливайсах», и рыжую девчонку в красной кутке и новеньких немецких джинсах «Даллас», явно ушитых размера с пятьдесят шестого до сорок четвертого, что ли. Ну, что в магазине было, то родители и взяли. Джинсы производства ФРГ или Западного Берлина, тот же «Даллас» или «Онтарио», в общем-то, смотрелись неплохо и тоже считались фирмОй. Может быть, не такой крутой, как американская, но все-таки не Болгария, и не Польша. Их вполне можно было приобрести в магазине, в отделе товаров для сдатчиков заготсырья. Сдавай себе в заготовительные конторы грибы, ягоды, кору или даже ту же макулатуру, и вот тебе заветный талон на определенную сумму! Хочешь, кассету магнитофонную, красную «Соньку», покупай на 90 минут за десятку, а хочешь джинсы. Немецкие, но, иногда попадались и итальянские. Цена стандартная, сто один рубль пятьдесят копеек. Дорого, конечно, но многие брали. Правда, вот с размерами далеко не всегда везло, ушивать приходилось.

Парнишку звали Пифагор, потому как учился он в какой-то математической спецшколе. Как его только туда пускали с такими-то волосищами? Верно, в математике толк знал.

Девчонка, то ли Гроза, то ли Тучка, ничем особенным мне не запомнилась, разве что тем, что часто крутила обруч. Правда, непонятно зачем? И так была тощая.

Когда я пришел, Пифагор и Тучка (или Гроза) как раз разжигали костер. Девчонка умело сложила веточки «домиком» и зажгла одной спички!

— Привет, пионеры! — поздоровался я. — Ты где так костры разжигать научилась?

— В туристской секции, — заулыбалась Гроза (или Тучка). — Хочу Игоря… Ну, Пифагора, туда затянуть, так упирается! Вместе бы в походы ходили!

— Ага! А вдруг дожди на всю неделю?

— Так в дождь-то еще интересней!

— Пионеры, Леннон не приходил?

— Нет еще. Но скоро бы должен… — девчонка неожиданно улыбнулась. — Книжку мне обещал принести.

— Книжку? — сразу же насторожился я. — Что за книжка?

— «Мастер и Маргарита», Булгакова, — Тучка-Гроза горделиво приосанилась. — Давно хотела прочесть, да вот нигде не достать. Леннон сказал запрещенная… Да только вот я не помню, кто и когда ее запрещал? А еще какое-то фуфло втюрил! Тоже типа запрещенка… «черная…» что ли. Я глянула, мама дорогая! Стиль какой-то пафосный и одновременно корявый, абзацы словно бы из разных мест надергано. Ну, совершенно невозможно читать! Другое дело — Булгаков! Эх, притаранил бы…