Земский докторъ. Том 9. Падение - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 3

Послушался протяжный гудок паровоза. Поезд замедлил ход, подъезжая к низенькой, заросшей ромашками и блеклой травою, платформе. У деревянного здания железнодорожной станции торговали пирогами в разнос. Невдалеке, у кустов сирени, оголтело дрались подростки. Похоже, кто-то кого-то бил.

— Барчука какого-то голоного лупят! — присмотрелся Василий. — Нечестно — четверо на одного!

— Барчука?

Анютка глянула в окошко… И вдруг напряглась:

— Кажется, они Юру бьют!

— Что еще за Юра?

— Ну, наш же — Ростовцев! Они ж его сейчас — в кровь… Васька! Бежим!

— Бежим!

Бывший «барчук» Юра Ростовцев давно уже стал своим, «нашим» — так что раздумывать тут было нечего. Подхватив вещички, ребята дружно выпрыгнули на платформу и понеслись к драчунам…

Ростовцев, в коротких летних штанах и легкой курточке, как мог, отбивался от наседавших на него парней. Один из нападавших, видимо — заводила — выглядел крепче и боевее других. Лет семнадцати, кругломордый, плечистый, в коротких лаковых сапогах и картузе, он чем-то напоминал типичного подкулачника с агитационного плаката группы художников-станковистов. Трое других явно были на подхвате, нанося удары исподтишка. Шакалята или, лучше сказать — подсвинки.

— Ах вы, гады! Юра, держись!

Подскочив к дерущимся, Анютка сразу же начала охаживать толстомордого курточкой, била уж от души! Парняга с удивлением обернулся и тут же попятился, не ожидая подобного напора от столь хрупкой с виду девчонки.

Между тем, Василий живенько разобрался с остальными — аккуратно поставил котомочку, сунул кулаком одному, другому… третий опасливо убежал.

Однако, пришел в себя мордатый! И даже хотел пнуть Анютку ногой… да та вовремя отскочила.

— Ах ты, щучина! — выругался мордоворот, доставая из кармана свинчатку.

— Сам ты! — рассерженная девушка вовсе не собиралась кого-то там пугаться. — Подкулачник! Шваль! Такие Либкнехта убили!

— И Розу Люксембург! — добавил Василий.

— Вы это… не очень-то! — мордастый неожиданно испугался. — Никого я не убивал! И неча тут бочку катить! А этот голоштанник еще на нашей станции появится — отоварим.

Хмыкнув, «подкулачник» наклонился и, подобрав картуз, зашагал в своей шобле.

— Не очень-то я их боюсь! — сплюнув вослед обидчикам, усмехнулся Юра.

Светлая челка его растрепалась, губа была разбита, а под левым глазом расплывался свежий синяк.

— Ой, братцы! — обернувшись на шум паровоза, Василий всплеснул руками. — А поезд-то — тю-тю!

Мимо платформы, набирая скорость, поплыли вагоны почтово-пассажирского состава «Москва — Иркутск».

— Догоним? — Вася подхватил котомку.

— Да куда там, — вздохнув, отмахнулась Анюта. — По полю, что ли, за паровозом бежать? Подождем следующего, чего уж. Главное — вещи наши при нас! Юр, ты как? Ой, кровь у тебя! На вот платок, вытрись…

— Спасибо… у меня свой.

Утерев кровь, Юра шмыгнул носом:

— Если не этот мордастый, я б им дал! Хоть бы и всей своре.

— А ты что тут делал-то? — поинтересовался Василий. — От поезда отстал?

— Да нет! — потрогав разбитую губу, мальчишка рассмеялся и неожиданно приосанился. — Пронимаете, ученики тут у меня. Обходчики с разъезда. В школу рабочей молодежи поступили. Я их по истории подтягиваю, а они мне — молоко, козье… Мне доктор давно сказал — пить! Там, на разъезде, козу держат… Ох ты ж!