Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2 - Шуан Мэйхуа Страница 3

Му Ян был живым свидетелем того, как послушная марионетка выполняет приказы своего господина. Во всяком случае, не стоит вестись на внешний вид этого несчастного. Это всего лишь сосуд, что полон мертвечины. Не имеющий ни своего мнения, ни собственного сознания. Таким же был и Цзюнь-шан Лун Чжи, но Му Яну на мгновение показалось, что даже бывший Император демонов не был настолько силен, как его названый сын. Возможно, Муоуши потратил куда больше времени и сил на создание любимой игрушки и дело было в этом, а возможно, Лань Шицан еще при жизни был куда сильнее своего названого отца.

Так и умирают, пропадая в небытие, мастера боевых искусств. Одаренные и великие. А гибнут из-за низменных, свойственных смертным людям чувств, таких как любовь и сострадание. Ведь Лань Шицан умер из-за любви к Ван Су. Он даже ослушался приказа Цзюнь-шан Лун Чжи и выбрал сторону Ван Чэна во время восстания шести великих государств. А после он, на которого взвалили все грехи и беды, растворился каплей в море.

Му Яну приходилось в спешке перебирать ногами, чтобы поспевать за демоном. Не успев дойти до храма Будды, куда его волок Лань Шицан, фиолетовые глаза тут же округлились, услышав протяжный крик Ю Вэйюаня. Над местом, куда они направлялись, собрались грозовые тучи, а молнии, словно золотые драконы, метались из стороны в сторону. Казалось, от этого вопля содрогнулся не только мир смертных, но и небесные чертоги, как и сама преисподняя.

Стоило им войти, как в нос тут же ударил приторный запах благовоний вперемешку с запахом свежей крови. Ю Вэйюань сжимал цепи, на которые его подвесили, его пальцы побелели, да и сам принц выглядел ни живым, ни мертвым. Бледные губы были приоткрыты, рот заполняла розовая пена, а из глазниц текли кровавые слезы, медленно скользя по щекам и срываясь с подбородка, растворяясь в багряной луже на холодном полу.

Наверное, Му Ян никогда ранее не произносил его имя с таким беспокойством.

— Ю Вэйюань.

Вот только принц не слышал этого шепота, такого теплого и до боли необходимого…

Ю Вэйюань лишь время от времени издавал тихие стоны боли, когда кожаный кнут очередной раз хлестал его по спине, рассекая плоть до самых костей. Но на этот раз губы принца расплылись в довольной ухмылке, от которой Му Яну стало еще больше не по себе.

В тот раз в деревушке Шицзяо во время омовения Му Ян подметил давние шрамы на спине принца, но они были настолько старыми, что белые полосы почти сливались с гладкой кожей цвета белого нефрита. Лишь в тот раз из-за горячей воды даже через пелену пара их было видно. На мгновение Му Ян подумал, что наследный принц сильно поранился в детстве, но сейчас, воочию узрев, как старый монах хлестает его плетью с полным равнодушием, демона осенило: «Неужели эти лысые приспешники избивали наследника императора? Разве кто-то в здравом уме будет заниматься подобным?»

Стоило монахам в одинаковых одеяниях прикрыть лица масками, как демон наконец понял, что к чему. Эти люди не были на стороне принца и не были под чарами врага. Они с самого начала знали, что перед ними вовсе не младший сын императора, а полукровка, узурпатор, демон… Зло…

Они действовали по собственной воле и желанию. А учитывая тот факт, что принц прожил большую часть своей жизни тут и просил похоронить его в Долине бессмертных, Ю Вэйюань, возможно, даже не знал, что место, которому принадлежит его сердце, кишит предателями и врагами, подобно яме с ядовитыми кобрами. Она еще опаснее, чем императорский дворец, переполненный лицемерами и самовлюбленными павлинами.