Пожираюший - Полина Щербак Страница 30

— А ты как думаешь?

Белая хмурится.

— Так где они? – снова спрашиваю я.

— Они были в Каите, когда всё началось. Я вообще из Каиты. К деду приезжаю только на каникулы. Думаю, мама с папой смогли уйти по морю, в Каите большой порт.

— А почему они тогда не вернулись за тобой?

— Нола, – подаёт голос Белая.

Я и сама не знаю, зачем говорю всё это. Мне и хочется и не хочется сделать ему больно. Чуть больше – хочется. Чтобы хоть на секунду стереть эту улыбочку с его лица.

— Не обращай внимания, Айда, – отвечает Рэй. – Нола просто втюрилась в меня по уши.

— В тебя? Вот ещё!

— Видела? – он поворачивается к Белой. – А она покраснела!

— Зачем вы так, – говорит Белая.

Я отворачиваюсь от Рэя. Он рассказывает Белой про город, про остров. Там на острове – музей, и его дед – смотритель. Они были там, когда всё началось, так что им повезло. Я смотрю на тёмную густую воду. Дна не видно. Чуть в стороне – стайка подросших мальков.

— Может, хочешь искупаться, Айда? – спрашивает Рэй.

— Я не умею плавать, – отвечает Белая.

Я опускаю ладонь в воду, и она оставляет за собой симметричный треугольник волн, а мальки испуганно шарахаются в стороны, как только приближается лодка. «Закрой пока глаза и не открывай», – говорит Рэй Белой так, будто они старые друзья и он приготовил ей сюрприз. А небо сегодня мутное, как будто в дымке. Вдалеке, на другом конце реки, вьётся чёрный дым Пожирающего.

— Открывай! – говорит Рэй.

— Ого! – раздаётся возглас Белой.

— Нравится, да?

Я-то сижу спиной, не вижу, что там происходит.

— Нола, смотри, – Белая дёргает меня за руку.

— Не дёр…

Я поворачиваюсь, чтобы стряхнуть её руку, и замолкаю на полуслове. Потому что передо мной – остров, а на острове… Остров утопает в зелени. К серо-голубому небу тянутся высокие пушистые сосны и старые тёмные дубы с толстыми стволами.

— Нравится, Нола? – спрашивает Рэй.

Рэй высаживает нас на потемневшем деревянном пирсе, а сам вытаскивает лодку на песчаный пляж. Я прохожу немного по тропе и присаживаюсь на корточки, опускаю руки в прохладную зелёную траву. Я чувствую её свежий запах и запах земли, а ещё слишком сладкий и въедливый – каких-то цветов. Я слышу голоса Белой и Рэя и только поэтому сдерживаю себя, говорю себе – надо встать, потом, это всё потом. Не сейчас, не при них.

— Как красиво! – говорит Белая и припечатывается к стволу сосны. Она обнимает ствол и всхлипывает.

Рэй молча стоит на тропинке и ждёт.

— Пойдём уже, – говорю я Белой.

Мы идём по широкой тропе, а кругом поют птицы. Как будто и не было всего. Как будто на улице – обычный летний день, только начались каникулы…

— Рэй! – вдруг раздаётся из кустов чей-то голос.

Голос громкий, сильный и немного хриплый. К нам навстречу выходит пожилой мужчина в вылинявшей клетчатой рубашке и джинсах, обрезанных под шорты. Плечи у него худые и сутулые, как будто он постоянно соревнуется в перетягивании каната.

— Матушка родная, – выдыхает мужчина и бросается к нам. Он по очереди заключает нас в объятия. – Откуда вы? Как вы? Да что уж, скорее в дом, потом всё! Я, кстати, Роберт, так и зовите меня – дедушка Роберт. Голодные, наверно, да? Устали? Мы сейчас, быстро, сейчас!

— Да мы ели, – отвечаю я, но мужчина, прихрамывая, уже ведёт нас за собой. Сбоку от тропы я замечаю небольшой огород, на одной из грядок растёт клубника.