Пожираюший - Полина Щербак Страница 31

— Они из Этры, – говорит Рэй.

— Из Этры? – Дедушка Рэя высоко поднимает седые лохматые брови. – Далеко… И как там… Есть кто… остался?

— В убежищах, – отвечаю я.

— Это хорошо, это хорошо, – отвечает дедушка. – А вот тут мы живём.

Посреди леса на возвышенности стоит очень странный дом. Кажется, что его смастерил из конструктора детсадовец – одна стена выше другой, крыша несимметричная. А главное – в нём почти нет стен, он как будто весь состоит из огромных окон от пола до потолка.

— Как из фантастического фильма, – говорит Белая.

— Это летний дом известного художника Гиро Лауро, – отвечает дедушка Рэя и распрямляется прямо на глазах. – Построен в прошлом веке по проекту самого художника, который хотел сбежать от суеты города…

— Дед, – перебивает его Рэй. – Может, потом проведёшь экскурсию?

— Точно, точно, – вспоминает дедушка Роберт и зовёт нас за собой в дом.

Мы поднимаемся по лестнице и оказываемся в просторном холле. Вместо вешалок по две стороны от двери висят здоровые оленьи рога. С потолка свешиваются два светильника, состоящие из кучи разноцветных стеклянных капель. Я вдруг думаю – это не может быть по-настоящему. Наверно, это сон. Или я надышалась дыма и умираю где-то в горящем доме. Может, мы с Белой так и не выбрались из того здания.

— Так, сейчас организую обед, – суетится дедушка Роберт.

— Дед, – говорит Рэй. – Им бы переодеться, помыться.

Я чувствую, как краснею, и хочу провалиться под землю.

— Точно! – дедушка Роберт хлопает себя по лбу. – Сейчас, сейчас. Ну-ка, Рэй, достань там в шкафу какую-нибудь одежду. У нас только это, душ летний. Но вода уже нагрелась.

Пока Рэй ищет одежду, дедушка Роберт усаживает нас в комнате с высоким потолком. Везде на стенах – картины. Они странные какие-то. Точнее… Вроде ничего такого. Лес, озеро, море, город. Но как будто хотели сфотографировать с телефона, но не настроили резкость.

— Это ведь та самая картина? «Последний закат»? – спрашивает Белая.

— Да! – дедушка Рэя меняется в лице. – Ты знаешь эту картину!

На большом полотне, куда смотрит Белая, изображено размытое красное пятно на размытом голубом фоне.

— Моя мама любит живопись. Мы видели эту картину на выставке.

— О! – ещё больше оживляется дедушка Роберт. – На самом деле вы видели другую картину! Потому что их две! Это картины-близнецы. Гиро нарисовал сначала одну картину, но понял, что выбрал не тот оттенок. Что в закате должно быть больше рубиново-красного. И тогда он написал ещё одну. Это она. Это – настоящий «Последний закат».

— А почему – последний? – спрашиваю я.

— Гиро был серьёзно болен, – отвечает дедушка Роберт. – Это его последняя картина. И лучшая, как он считал.

— Как будто город горит под Пожирающим.

— Я тоже об этом много раз думал. Будто он что-то знал.

Огромные окна комнаты выходят на балкон. Дедушка Роберт ловит мой взгляд и машет рукой, зовёт меня туда за собой. Балкон достаточно большой, а внизу – обрыв метров на пять и река.

— Он любил писать здесь.

— Дед, – раздаётся у меня за спиной голос Рэя. – Хватит пытать гостей.

Он протягивает нам по чистой футболке и шортам.

— Что нашёл, – говорит он.

Я моюсь первая. Как это прекрасно – просто помыться! Не чувствовать запах гари, отмыться от сажи. А одеться в чистую одежду… Мне достались красная футболка с баскетбольным мячом и спортивные шорты. Футболка мне великовата.