Курс на СССР: На первую полосу! - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 31

Портвейн оказал Весне медвежью услугу, не только разогрел голосовые связки, но и развязал язык. Вот Весна и начал расправлять плечи, невольно сдавая самого себя.

Все пазлы в моей голове встали на свои места. Я нашел автора «Черного времени». Это был он. Весна.

Глава 6

Я вышел на просторную веранду, проветриться. Весна снова что-то пел, на этот раз какую-то лирику, из комнаты доносился перебор гитары…

Ну, дурак! Дурень! Нашел, чем выпендриться… Самиздат! Да КГБ его вмиг словит, лейтенант Сидорин парень умный, хваткий, такому палец в рот не клади. Как он меня… А уж этих-то…

Ладно, черт с ним, с Весной, пусть за свой дурацкий эпатаж и платит. Но ведь он, гад, и других подставит! Того, кто помогал печатать, Леннона… да того же Серегу Гребенюка! Вот чего уж совсем бы не хотелось…

Еще двое вышли на улицу, закурили. Леннон и какой-то долговязый парень в свитере и потертой джинсе, я его как-то видел в парке на Пролетарской. Как же его? Забыл. Да не суть важно… Хотя, кажется, Боб. Ну да, Боб. В честь Боба Дилана, что ли?

— А ничего Весна нынче, в ударе! — подойдя ко мне, Виталик выпустил дым.

Я натянуто улыбнулся:

— Он всегда в ударе. Ты книгу-то спросил?

— А? А-а! Ты про «Мастера…»? Ну да, обещали дать. Правда, ненадолго… Говорят, клеевая вещь!

— А ты не читал, что ли?

— Не-ет, — обиделся Леннон. — А ты, что ли, читал?

— Приходилось.

Честно говоря, я прочел «Мастер и Маргариту» только в конце девяностых… Но, какая сейчас разница-то? Сейчас о другом думать нужно. Вернее, в первую очередь о других.

— Интересно, Весна песни всегда сам сочиняет? — как бы между прочим, поинтересовался я.

— Музыку сам, — подойдя ближе, кивнул Боб. — Я как-то присутствовал… Впечатлило! Сидит такой… что-то бубнит себе под нос… потом по струнам бум-бум… Оп-па! Вот и музыка.

Виталик выпустил дым:

— Он что же, и ноты знает?

— Вот за ноты не скажу, — поежился долговязый. — А стихи ему Ленка помогает писать. Ну, подруга… Хотя, честно сказать, какие там стихи? Тексты.

Вот тут я был с Бобом согласен. И все же, возразил:

— Но вот эти-то песни… То, что сейчас он пел… Это же стихи! И хорошие! Как там? «Небо… рвануло тучей-грозой…» Или «тучей-дождем…» Ну, здорово же!

— Да, аллегории неплохие, — согласно кивнул парень. — Куда они тут окурки-то кидают?

— Да вон пепельница, — Леннон указал рукой.

— Ого! Красиво жить не запретишь!

Под пепельницу на веранде использовалась жестяная баночка из-под импортного пива. Кажется, «Туборг» или «Карлсберг». Верно, отец Метели из-за границы привез, да откуда еще-то? Правда, еще в «Березке» можно было купить, но там торговали за валюту или за чеки Внешторга. Счастливчики обычно такие баночки ни в коем разе не выбрасывали, а ставили за стекло в сервант или в «стенку». Считалось круто. Ну да, ни у кого же нет!

— Так что насчет стихов? — уточнил я.

— Да не знаю… — Боб махнул рукой. — Может, и сам писать навострился. А, может и Ленка.

— А что-то Ленки я сегодня не вижу, — вклинился в разговор Виталик. — Заболела, что ль?

— Ну ты, Леннон и дурень! — долговязый постучал себя кулаком по голове. — Мы где все сейчас? У Метели! А Метель раньше с Весной была. Ну, его девчонкой. Пока он Ленку не встретил. Метель, на мой взгляд, поизысканней… Зато у Ленки грудь, во!

— Да видел я эту Ленку! — пьяно засмеялся Виталик. — Вот уж не думал, чтоб она и стихи… Понимаю, почему не приехала. Метель ей бы тут устроила! Наверное… А мы тут что, на всю ночь?