Развод с генералом драконов. Хозяйка таверны на краю Севера - Лилия Тимолаева Страница 33

— А если перевязать — может убить нас позже.

— Тогда будем надеяться, что благодарность у драконьих хоть иногда существует.

— Это вы про генерала, что ли?

Елена так резко подняла голову, что Грета осеклась.

Неловкая пауза повисла между ними, и кухарка, хоть и не отвела глаз, всё же перестала говорить с той прямотой, которая уже успела стать её оружием и обыденностью.

— Я не про генерала, — ровно сказала Елена. — Я про человека, который истечёт кровью на моём полу, если мы продолжим спорить.

— Миледи, — прошептала Марта, — вы же не собираетесь…

— Собираюсь.

Она встала.

— Тиль, воду. Много. И чистые тряпки. Грета, стол на кухне. Быстро.

— Вы приказываете мне спасать чужого военного?

— Я приказываю вам спасать человека в моём доме. Остальное обсудим позже.

Грета смотрела ещё секунду. Потом развернулась так резко, что юбка хлестнула по дверному косяку.

— Если он откусит мне руку, я вам этого не прощу, — буркнула она на ходу.

— Если откусит мне, будет легче объяснить, почему завтрак задерживается, — ответила Елена.

Это, как ни странно, разрядило воздух.

Даже Марта нервно фыркнула.

Мужчину перетащили на кухню вчетвером. Он оказался тяжелее, чем выглядел, хотя в нём уже чувствовалась нехорошая ватная слабость человека, теряющего слишком много крови. Когда его подняли, он на мгновение очнулся.Не глазами — телом. Вся спина выгнулась дугой, из горла вырвался рык, слишком низкий для человека, и Елена успела увидеть, как по его шее, под линией челюсти, вспыхнули тёмные чешуйки.

— Держите! — рявкнула Грета.

Елена стиснула его плечо.

Кожа под тканью была горячей. Не лихорадкой — внутренним жаром, будто внутри него едва сдерживали огонь.

— Тише, — сказала она сама не зная зачем. — Тише. Не здесь. Не сейчас.

Наверное, это было бессмысленно.

Но мужчина вдруг замер.

Не совсем. Дыхание всё ещё рвалось, мышцы сводило, пальцы царапали дерево. Но он не сорвался. Не перекинулся. Не рванулся.

И почему-то от этого по спине у Елены пробежал холод.

Он услышал?

Или её голос случайно попал в ту самую тонкую грань, где существо между человеком и драконом ещё может выбрать?

Стол на кухне очистили в считаные мгновения. Грета сдвинула в сторону миски, Тиль подал нож, Марта принесла кипяток. Когда плащ разрезали, стало ясно, что рана хуже, чем казалось. Не просто нож. Узкое, глубокое прободение под ребром, с подпалёнными краями ткани. Магическое оружие? Елена не знала. Но тело вокруг раны уже начинало темнеть нехорошей синевой.

— Это не обычная сталь, — сказала она, разглядывая край повреждения.

Грета мрачно кивнула.

— А кто бы сомневался. Обычных ножей у тех, кто режет драконьих, как-то не водится.

— Вы это так спокойно говорите, будто часто с таким сталкиваетесь.

— На Севере всё “редкое” однажды обязательно падает тебе на голову.

Елена выдохнула и закатала рукава выше.

Руки не дрожали.

Вот что было самым странным.

В голове шумело от усталости, сердце било в рёбра слишком сильно, в доме лежали бумаги, способные поменять цену этой таверны, а у неё на столе истекал кровью чужой перевёртыш из людей мужчины, которого она так яростно пыталась вытолкнуть из мыслей.

И всё же руки были твёрдыми.

Задача.

Опять задача спасала лучше любой жалости.

— Марта, свет ближе. Тиль, держи его за плечи, если дёрнется. Грета, иглу и крепкую нить. И что у нас есть крепкого? Не для питья — для боли.