Развод с генералом драконов. Хозяйка таверны на краю Севера - Лилия Тимолаева Страница 40

Значит, уже знает.

Разумеется, знает.

Елена опёрлась ладонью о стойку.

— Живой. Хотя кое-кто, вероятно, ставил на обратное.

Что-то мелькнуло в его лице. Настолько быстро, что любой другой счёл бы это игрой света. Но она уже видела у Кассиана те крошечные сдвиги, которые заменяли ему живые эмоции.

— Где он? — спросил он.

— В комнате за кухней. И прежде чем вы начнёте раздавать здесь приказы, хочу отметить: если бы не мой дом, ваша проблема уже была бы трупом.

Снова тишина.

Он сделал шаг вперёд.

Один.

И этого, как всегда, оказалось достаточно, чтобы воздух стал плотнее.

— Моя проблема? — переспросил Кассиан негромко.

— Ваш человек. Ваш знак. Ваш корпус. Ваши тайны, которые почему-то опять устроились у меня на пороге без приглашения.

Он остановился в нескольких шагах от стойки.

Слишком близко.

Елена почувствовала тот же запах, что и в день отъезда: мороз, кожа, сталь и что-то тёмное, почти дымное. Мужской запах силы. Такой, который хочется ненавидеть заранее, чтобы не вспомнить вовремя слишком многое.

— Вы его спасли, — сказал Кассиан.

Не вопрос.

Факт.

И почему-то именно это вывело её сильнее всего.

— Как трогательно, что вас это удивляет.

— Меня это не удивляет.

— Тогда что же?

Он помолчал.

И в этой паузе было слишком много того, что не умещалось в простые слова: внимательный взгляд, скользнувший по её лицу, по волосам, по рукам, по самой таверне за её спиной; странная, почти болезненная задержка на том, как она стоит здесь — не как брошенная жена, а как хозяйка дома.

— Вы не сломались, — сказал он.

Это было произнесено тихо.

Без нежности. Без сочувствия. Почти с той же холодной точностью, с какой он мог бы оценить крепость стены или стойкость гарнизона.

И всё же слова ударили.

Потому что он заметил.

Потому что смотрел.

Потому что, значит, хоть когда-то всё-таки умел видеть.

Елена усмехнулась.

Нехорошо. Горько.

— А вы, генерал, кажется, только сейчас решили проверить?

Его взгляд стал острее.

— Вы всегда выбираете самый неудобный момент, чтобы оказаться правой?

— Только в вашем присутствии.

Кассиан медленно перевёл взгляд на зал.

Люди отворачивались слишком старательно. Делали вид, что их больше интересуют миски, кружки, собственныесапоги, чем разговор у стойки. Получалось плохо.

— Нам нужно поговорить наедине, — произнёс он.

— Удивительное пожелание для человека, который предпочёл развод при полном дворе.

Он посмотрел на неё прямо.

И в глазах его наконец проступило живое.

Не тепло. Не раскаяние. Раздражение. Осторожная злость. Что-то, что делало его ещё опаснее и, к сожалению, ещё человечнее.

— Не сейчас, Аврора.

— Именно сейчас, генерал. Потому что теперь это моя территория. И если вы хотите говорить со мной, то будете делать это на моих условиях.

Освальд у стены кашлянул в кулак. Бран, который как раз вошёл с улицы и застал половину этой сцены, застыл с выражением искреннего северного восторга человека, которому подарили зрелище, за которое в другом месте взяли бы деньги.

Кассиан заметил их всех.

Разумеется, заметил.

— Хорошо, — сказал он.

И неожиданно для всех, включая её саму, снял плащ и спокойно передал одному из своих людей.

Потом сел за ближайший стол.

— Тогда принесите мне ужин, хозяйка.

Вот же сволочь.

Елена едва не рассмеялась.

Именно в этом он был особенно невыносим: в умении принимать чужой вызов так, чтобы это походило на его собственный выбор.