Скитальцы - Марина и Сергей Дяченко Страница 410

Список служителей Священного Привидения Лаш оказался куда прозаичнее и принес гораздо больше пользы.

Фар Фагирра значился первым среди так называемых посвященных; краткое досье поведало Луару, что отец его в прошлом был учителем фехтования и имел в предместье целый выводок родственников: мать, брата, двух сестер и двух племянников. Луар содрогнулся при мысли, что, может быть, его тетки и двоюродные братья уцелели и предстоит встреча…

Третьим лицом ордена, после Магистра и Фагирры, был некий Каара, «хранитель святыни». Против его имени стояла одна только пометка: «Верен до безумия». Любопытно, подумал Луар, кому именно верен – самому Магистру? Ордену? Этой самой «святыне»? Что за человек, все досье на которого состоит из слова «верен»? А был ли, кстати, так же «верен» Фагирра или Магистр опасался его как возможного узурпатора? Что за отношения связывали престарелого главу ордена – и властолюбца Фагирру?

Дочитав список до конца, Луар не поленился взять чистый лист бумаги и аккуратно выписать в столбик имена и возможные ориентиры: как и где искать. Двадцать лет – это не двести лет. Кто-то да уцелел.

Покончив со списком, он всерьез принялся за секретные донесения – и сразу же вспотел, сгорбился, сдавил в кулаке медальон.

Имя декана Луаяна. Многократно повторяемое имя вольнослушателя Солля; в те далекие годы по меньшей мере двое студентов служили шпионами ордена Лаш. Орден интересовался деканом – точнее, некоей «золотой вещью», хранящейся у него в кабинете. Орден хотел во что бы то ни стало завладеть «вещью», и для этого найден был вольнослушатель Солль, юноша, приближенный к семье декана – и в то же время находящийся в плену непреодолимого страха… То было время, когда действовало заклятие.

Луар вытащил медальон из-под рубашки. Ржавчины стало больше; Луар закрыл глаза и прижался щекой к золотой пластинке.

Что они знали? Зачем им нужен был Амулет Прорицателя – им, уже тогда решившимся устроить «окончание времен» и призвавшим для этого Черный Мор?

Луар вздрогнул. Там, в подвале, его отец пытал его мать, чтобы получить медальон. Неизвестно, что было бы, если бы Тория Солль не выдержала пытки и отдала Амулет Фагирре. Но она не отдала.

Мама… Ему захотелось вскочить, опрокинув стул, бежать к ней, плакать у ног, бормотать – «я знаю», ждать чего-то – прощения? Будто на нем, сыне, вина того – палача?

Усилием воли он подавил свой порыв. Она не отдала медальон Фагирре – но «золотая вещь» все равно попала к нему, пусть и в следующем поколении. Бороться с судьбой бессмысленно – нужно вовремя понять, чего хочет судьба, и пособить ей…

Луар тщетно попытался соскоблить ногтем новое пятнышко ржавчины на золотой пластинке. Вздохнул. Спрятал медальон за пазуху, собрал листки с именами бывших служителей, оделся и вышел из дому. Хозяйке он сообщил, что идет на вечеринку с друзьями, и добрая женщина от души порадовалась за своего юного жильца.

* * *

— Нет, – удивленно сказала молодая женщина. – Такое имя…

Где-то слышала… Но здесь нет таких никого.

За ее юбку прятался застенчивый малыш с лукавыми черными глазами. Лохматый пес у ворот не рычал, а только скалился – однако цепь натянулась, как струна.

Женщина вдруг помрачнела – вспомнила, очевидно, кто таков этот Фагирра, о котором так вот запросто спрашивает незнакомый парень. Сухо кивнула Луару и пошла в дом, уводя за руку упирающегося малыша.