Трансильвания - Оксана Пелевина Страница 48

— Мне не о чем говорить с тобой, Иуда. Убирайся отсюда. Иди прочь!

Каталина была решительна и категорична. И пусть там, на улицах Дебрецена, Кристиан и показался ей милым юношей, вынырнувшим из далекого счастливого детства, теперь она не была настроена вести с ним бесед.

«Предатель всегда остается предателем, каким бы соблазнительным взором не смотрели на тебя его глаза».

Вспомнила девушка фразу, мельком услышанную на одном из светских вечеров. И сейчас Каталина как никогда понимала всю ее суть. Растерянный и поникший, Кристиан остался стоять в нескольких шагах от крыльца, больше не пытаясь заговорить с девушкой. Поднявшись по ступеням, Каталина вошла в дом, оставив юношу за порогом. Видя эту картину, Талия замедлила шаг и отстала от сестры. Потухший взгляд юноши, виновато топтавшегося у их порога, заставил ее сердце сочувственно сжаться. Остановившись возле Кристиана, она обратилась к нему:

— Каталина сегодня не в духе, слишком многое навалилось на ее плечи. Она не всегда так груба и категорична. Думаю, если вы придете позже, она смягчится.

Подняв глаза, Кристиан, кажется, впервые с искренним интересом взглянул на младшую Эстерхази.

— Благодарю за эти слова, они дарят надежду, – произнес он. – На самом деле, я прекрасно понимаю вашу сестру, у нее есть все основания злиться на меня. Ой, – юноша вдруг встрепенулся, – я ведь не представился вам – Кристиан Цигельмайер.

— Это не обязательно, – заверила его Талия, – я знаю, кто вы. А вы, полагаю, знаете, кто я.

— Да, вы абсолютно правы, Талия. И, если вас не затруднит, мы могли бы перейти на «ты».

Соглашаясь, девушка кивнула.

— Так вы служите в конторе мистера Мейхера? – поинтересовалась она.

— Да, – подтвердил Кристиан, – хочу однажды стать адвокатом.

— Это по его просьбе ты следил за Каталиной?

Кристиан виновато кивнул.

— Мне было поручено собрать информацию о вашей семье. Но я и подумать не мог, что все обернется таким образом. Никто даже представить не мог, что ваш отец вдруг скончается.

Заметив, как изменилось при этих словах лицо его собеседницы, Кристиан поспешил извиниться:

— Прости, не надо было об этом говорить.

— Я, наверное, пойду, – заметно погрустнев, произнесла Талия.

— Подожди, секунду, – остановил ее Кристиан. – Я хотел передать кое-что твоей сестре, но если она не хочет меня слушать, выслушай, пожалуйста, ты. Это может вам помочь.

— О чем ты?

Кристиан поник головой, понимая, что сейчас, вероятно, поступает непрофессионально:

— Нам нельзя обсуждать своих клиентов, но, к сожалению, я знаю, что мадам Ирэн не станет заботиться о вашем с сестрой благополучии. А потому, я хотел спросить о господине Рифхогеле. Если бы вашим опекуном стал он…

Талия тряхнула головой, за сегодняшний день она не раз думала о словах барона. И если утром они не укладывались в голове, то сейчас мысли путались, и девушка не могла дать однозначного ответа.

— Я плохо знаю барона. Мне известно лишь то, что Каталина вряд ли бы захотела видеть его частью нашей жизни. Но мой отец доверял ему… К тому же я не знаю, что хуже: холодность и скрытность барона или наглость тетушки Ирэн. В любом случае, все это не имеет значения, ты же слышал мистера Мейхера. Барон Рифхогель не может стать нашим опекуном.

— Ну…

Кристиан занервничал, засомневался, не зная, стоит ли говорить правду.