Поручик - Андрей Посняков Страница 57

— Давай-ка, барин, сенных девок посмотрим…

Вот-вот! Без них-то легко обойтись… подумаешь – домашняя прислуга, дворовые – без земли, без жилья, без семьи и особого дохода не приносят. Наоборот даже, их надо кормить да одевать. И продать легко – в городе их хорошо берут: кухарками, горничными, прислугой. Тем более, сенных-то дев и готовить к продаже не нужно – не на лицо любоваться берут, а для хозяйства. Правда, и цена… ну, рублей пять можно выручить… много – десять…

— А, коли приодеть да причесать, так и за пятьдесят можно, – подсказал Егор.

— Ну уж – за пятьдесят!! Это плотник хороший… – подсознание охотно подсказывало нужные мысли.

Деньги… Деньги были нужны, и не только на долг – на поиски Веры…

— А что? – управитель неожиданно улыбнулся. – Девки-то, Аграфена с Машкой, и петь горазды, и танцевать могут, и даже по-французски – я слышал, как их барышня учила…

— Вот то-то и оно! Барышня! – махнул рукой молодой человек. – Она ж к ним привязалась. Расстроится…

— Так, а мы без нее увезем! Как в гости уйдет, так все, барин, и сладим. Ну да – расстроится, да что уж…

Ну да, верно все говорил Карасев, верно. Девчонку, умеющую плясать да петь, да еще говорить по-французски, можно было бы продать и куда как дороже…

— Еще двух девиц возьмем… пряхи хорошие, еще и ткут… – продолжал Егор. – Изволите, барин, дать объявление в газете?

— Объявление? «Поручик Сосновский продает девку, умеющую готовить и платье чистить, о цене спросить в Сосновке»… Можно, конечно, но это ждать… Егор! Водки у нас нет ли?

— Сей миг принесу, барин.

Вот так вот – водки. И это правильно, иначе – какой-то сюр! Он, Антон Сосновский, студент РГПУ, на полном серьезе продает крепостных девок, между прочим – своих. И не может не продавать! Работорговец чертов…

— Вот, барин, пожалте!

— Спасибо, Егор… Себе тоже налей… Давай, по чарке…

Выпив, захрустели соленым огурчиком… И снова перешли к будущей сделке. Только теперь уже Антон так уж не рефлексировал – алкоголь делал свое дело.

Ну и продать! И что? Эти девчонки все равно крепостные, и другой, кроме рабской, жизни у них нет и не будет. А в городе-то, в прислугах, чай полегче, повеселей…

Себя, себя утешал Антон, себя уговаривал… и все хлестал водку…

Выгоднее всего было бы отвезти живой товар на рынок крепостных в Москву, Самару или в Нижний Новгород… Пригожих на лицо и фигуру девок там обычно скупали армянские купцы и давали очень хорошую цену… Однако это опять же было бы слишком долго, да и столь злой судьбы своим крепостным девицам Антон не хотел. Оставался один путь – везти девок на ярмарку, в Нарву…

— А что, Егор, ярмарка-то в Нарве еще есть?

— Так с мая нету… Теперь по осени только… Да девок-то и в трактире можно продать! Я как раз один такой знаю. И на Ивановской стороне, и в самой Нарве, как раз возле замка.

— Вот! – подняв надкушенный огурец, пьяно хмыкнул Антон. – Туда и поедем. Заодно и купчую оформить – рядом.

Спал молодой человек хорошо и никакими кошмарами не мучился. Водка, плюс глубокий сон – подсознание нынче превалировало! Хорошо хоть «донор», Антон Авдеевич Сосновский, при всех его недостатках, похоже, оказался весьма неплохим человеком, хоть и да – помещиком. И мировоззрение у него было – соответствующее. А иного и не могло быть.