Трансильвания - Оксана Пелевина Страница 58

Услышав, как за мистером Бергером захлопнулась дверь, Каталина выдохнула.

Но очень скоро поняла, что расслабляться было рано. Сверля девушку настороженным, недовольным взглядом, ее окликнул барон.

— Каталина, во что ты влезла? Тебе не хватает проблем? Напомнить о той картине, что еще недавно я застал в этой гостиной? Тебе нужно держаться подальше от жандармов, вести себя тихо и не привлекать лишнего внимания к фамилии Эстерхази. А что делаешь ты?! Петер никогда не планировал ничего передавать университету. Что ты делала у ректора? Отвечай! Кто был с тобой?!

Низкий злой голос Эриха заставлял девушку трепетать. Но его надменный обвиняющий тон выводил ее из себя. И Каталина не стала этого терпеть, вспылив:

— Не смейте так разговаривать со мной! Вы не имеете права отчитывать меня, словно ребенка. Да кто вы такой, чтобы повышать на меня голос? Получили опеку и почувствовали власть? Думаете, я теперь буду безропотно выполнять все ваши требования? Так знайте, этого не будет!

Слова девушки будто толкали барона в пропасть. Как бы он ни старался держать себя в руках, ее глупые обвинения поднимали в нем лишь недавно затихшую ярость. Скрепя зубами, барон зарычал, изо всех сил стараясь не придушить свою подопечную. Крепко, до побелевших костяшек, сжав кулаки, Эрих пытался унять свой гнев.

— Ты не знаешь, о чем говоришь. Не понимаешь, как глупо звучат твои обвинения.

— «Ты»? Вы забыли о приличиях, барон? – зачем-то поддела его Каталина.

— Тебе лучше замолчать… Неужели ты этого не видишь… – Эрих не успел договорить.

— А вам лучше покинуть мой дом, барон, – перебила его Каталина. – Или вы, как и Истван, считаете, что стали отныне его владельцем?

Сделав глубокий вдох, Эрих едва удержался от того, чтобы не совершить большую ошибку. Понимая, что еще немного, и он сорвется в пропасть, барон молча развернулся и направился к двери. Продолжать эту беседу он больше не мог.

Каталина сумела успокоиться лишь когда за бароном захлопнулась дверь.

Погрузившись в размышления, девушка присела на ступени, головой коснувшись перил.

— Кажется, барона обидели мои слова, – негромко произнесла она, обращаясь к подошедшей сестре.

— Ты была слишком резка с ним, – осторожно заметила Талия.

— Наверное, не стоило сравнивать его с Истваном. С другой стороны, это он повел себя неподобающе. И извиниться в первую очередь стоило бы именно ему.

— Думаю, вам обоим при встрече будет, что сказать друг другу. Катиш, барон теперь наш опекун. Хотим мы этого или нет, нужно научиться общаться с ним.

— Это будет непросто, – прошептала Каталина.

— Мы должны постараться.

— Еще этот Бергер. Я просто ума не приложу, что могло случиться с господином ректором. Во время нашего разговора он вел себя вполне спокойно, – вспоминала Каталина. – Как ты думаешь, мы не ошиблись насчет Ирвинга? – обернувшись к сестре, Каталина увидела в ее глазах тот же немой вопрос.

— Мне не хочется верить, что Ирвинг мог сделать что-то дурное. Он не убийца, не дурной человек. Я чувствую, я… хочу в это верить, – грустно произнесла Талия.

Немного посидев в молчании, Талия направилась на второй этаж.

— Немного порисую, чтобы успокоиться, – сказала она сестре. Каталина не возражала.

Оставшись в гостиной одна, она обвела взглядом пустой дом и тихо вздохнула. Она еще не привыкла к такой тишине. Обычно в этот час где-то на кухне гремела чашками Тереза. А отец, надевая шляпу, собирался на службу к губернатору. Чувство непоправимой утраты вновь с головой накрыло девушку. И она вновь дала волю слезам. Проплакав около четверти часа, она, наконец, поднялась на ноги. Впервые самостоятельно заварив чашку чая, Каталина устроилась возле камина, печальная и совершенно опустошенная.