Трансильвания - Оксана Пелевина Страница 59

Днем к ним заглянул господин нотариус, посланный Эрихом. И, отбросив прочь все сомнения, терзавшие их, Каталина и Талия все же решились подписать согласие о принятии опекунства бароном Эрихом фон Рифхогелем.

* * *

Около полудня, сидя в своем кабинете, мистер Мейхер все еще видел перед собой неугомонную мадам Сарваш. Устроившись напротив адвоката, женщина все еще негодовала, вспоминая разговор с бароном. Но с недавних пор ее настроение изменилось. Причиной этому стал план, внезапно созревший в голове мадам Сарваш.

— Какая же это удача, вы со мной согласны, мистер Мейхер?

— Не уверен, что понимаю, о чем идет речь, мадам.

— Как о чем? Вы что, не слышали слов жандарма? Господин ректор был убит этой ночью. А последним его посетителем была Каталина.

— Неужели вы полагаете, мадам, что ваша племянница как-то замешана в этом деле? – удивился адвокат.

— Каталина не убийца, это очевидно даже глупцу, – махнула рукой тетушка Ирэн. – Но вот барон…

— При чем же здесь барон? О нем, насколько я помню, речи не шло?

— Мистер Мейхер, мыслите шире! Вчера вечером Эрих Рифхогель едва не покалечил моего сына, вышвыривая его за порог. И все это из-за девчонок Петера! А что, если ему не угодил и господин ректор? Вдруг тот был груб с моей племянницей и тем самым навлек на себя гнев барона?

— Но это лишь домыслы, – произнес адвокат.

— Домыслы говорите? Я бы не была в этом уверена. Вы ведь знаете, что говорят о бароне? Он давно покинул Вену и живет в Дебрецене в уединении. Не устраивает приемов, редко посещает чужие. А ведь он приходится родственником самому императору.

— Далеким родственником…

— Это неважно. Главное в другом. Поговаривают, что барону пришлось изменить свой образ жизни не просто так. Он убил человека. Но чтобы не бросать тень на императорскую семью, его не подвергли наказанию. А лишь сослали подальше от столицы.

— Мадам Сарваш, для чего вспоминать эти слухи?

— А для того, чтобы зародить в представителях правопорядка сомнения в невиновности барона. Если окажется, что он причастен к убийству ректора, его арестуют и лишат опекунства над дочерьми Петера.

— Но у вас нет никаких доказательств его вины.

— Они могут появиться в любой момент, – насмешливый голос мадам Ирэн прозвучал зловеще. И адвокат понял – она задумала нечто особенное.

Все это время, стараясь слиться с книжной полкой, у стены стоял Кристиан. Перебирая бумаги, он внимательно вслушивался в беседу адвоката с мадам Ирэн. Готовность этой женщины ради собственной выгоды обвинить человека в убийстве ужасала его. «Никому бы не пожелал иметь такого врага, как Ирэн Сарваш, – думал Кристиан. – Эта женщина готова на все, чтобы добиться желаемого. Сегодня она может обвинить в преступлении невиновного, совершить подлог. А что будет завтра? Не сумев одолеть противника, она замыслит его убийство?»

Спустя некоторое время мадам Сарваш все-таки покинула кабинет адвоката. Уставший от общения с женщиной мистер Мейхер встал из-за стола и, объявив помощнику, что отправился проветриться, вышел прочь. Кристиан остался один. Пройдя по кабинету, он задумчиво теребил края пиджака. Юноша понимал, что рано или поздно Ирэн Сарваш перейдет к активным действиям, и то, что последует за ними, может стать большой проблемой для сестер Эстерхази. И в эту минуту перед Кристианом стоял вопрос, что требовал немедленного решения. Он мог тотчас отправиться к дочерям Петера и предупредить их, сообщить о том, что задумала их тетушка. А мог молчать, делая вид, что его это не касается.