Относительность предопределенности - Валерий Большаков Страница 58

— Меня уже нет! – Тим бегом поволок громыхавшую тележку.

Ерошин хмыкнул и осторожно подтянул скобу. Надо будет так и оставить «глаза ангела», как бы в подарок Генке. За беспокойство и переживания…

Там же, позже

— По нашим данным, – отрывисто говорила Лея, натягивая курточку и как будто не замечая Димкиных жадных взглядов, – Талия Алон сорок лет ищет подвеску князя Витгенштейна! А сейчас она затеяла раскопки в Негеве, где-то у Беэр-Шебы, то есть именно там, где ее нашла моя мама – только здесь, у нас, в «Альфе»! Так что вот.

— Успехов тете Тале, – улыбнулся Ерошин. – Она имеет полное право на подвеску… как и моя теща! Будущая…

Мимоходом чмокнув Димона, Лея заправила футболку в джинсы.

— Вся сложность в том, что материалы о Вильфриде Дерагази рассекретили, и подвеской очень заинтересовался один тамошний авторитет… Беньямин Шломо. Ущучил? Не поня́л… Бени Шломо промышляет всякими нехорошими делами, вроде рэкета или контрабанды – оружия, наркотиков, драгоценных камней… Только что ценного в «серых кристаллах»?

— Грёзогенератор… – дошло до Ерошина.

— Именно! – девушка заученным движением провела помадой по губам. Отстранившись от зеркальца заднего вида, полюбовалась отражением. – Хотя этого Беню, скорее всего, впечатлила «черная корона» – Дерагази был просто помешан на ней… Но тете Тале от этого не легче! Надо срочно ее вытаскивать сюда, к нам! Желательно, вместе с подвеской… Всё?

— Почти… – Дима глянул на приборы. – Да всё! Накопитель заряжен на девяносто восемь процентов… Ти-им!

— Мы здесь! – долетел звонкий голос Наталишки. – Сейчас мы…

Живо сворачивая кольчатый кабель, Ерошин испытал полузабытое возбуждение перед атакой. Воевал он мало, всего пару месяцев на Кавказе, но тогдашние ощущения запомнились навсегда.

И пусть его первый «выезд в поле» – не на «КрАЗе», а на Генкином «козлике», зато, похоже, он поведет машину не на учения…

— Лейтенант Де Ваз Баккарин-Гарина явилась! – важничая, доложила агент «Стоун».

Тимофей лишь ухмыльнулся, бросая ладонь к бейсболке, надетой козырьком назад, и Ерошин решил напустить холоду.

— Транспозитируемся с оружием, – серьезно сказал он. – «Калаши» под сиденья, «макаровы» чтоб под рукой.

— Есть! – прозвенела Наталишка.

— Готовность три! По машинам!

Суетливо думая о том, что отдал странную команду – машины-то в единственном числе! – Дима скользнул за руль и завел двигатель. «Уазик» взревел, будто боевой конь заржал.

Агент «Рожкова» плюхнулась рядом, на переднее сиденье, Тим с Наталишкой устроились сзади. Все в сборе.

Неуверенно глянув на Ерошина, Лея выговорила:

— Или лучше назад пересесть? А то… Куда ж мы тётю Талю посадим?

— Пересаживайся, – Димон изобразил крайнюю степень унылости. «Рожкова» хихикнула, чмокнула его в щеку, и быстренько стеснила парочку на заднем сиденье.

— Готовность два!

Ворча мотором и пуская отгулы по гаражу НИИВ, «козлик» подъехал к объемной камере транспозитации, размерами с сорокафутовый контейнер, только опутанный медными жилами на изоляторах да вязками кабелей.

Молоденький техник поспешно распахнул дверцы Т-камеры, и «УАЗ», громыхнув сходнями, медленно заехал внутрь. Яркий свет газоразрядных фар отразился от пирамидок импульсаторов, от путаницы проводов и тронутых инеем трубочек охладительной системы.